Тень Земли медленно наползала на Луну, окрашивая края провала над головой в багряно‑алые тона. Глубоко под поверхностью Моря Спокойствия, в недрах древней лавовой трубки, мерцала огнями база «Рассвет» — первый опыт землян на Луне.
Здесь, вдали от земных распрей и любопытных глаз, укрытая десятками метров лунной породы, осталась семья Заса Мэргэна — горстка тэнгэриев и людей, взявших на себя миссию превратить холодный тоннель в дом. Стены пещеры, некогда оплавленные древней лавой, теперь были укреплены модульными панелями, а свод пересекали силовые кабели и воздуховоды.
Заса стоял у панорамного экрана, скрестив руки на груди. Его силуэт чётко вырисовывался на фоне тусклого красного свечения, пробивавшегося сквозь «небесное окно». Он не шевелился уже несколько минут — словно статуя из тёмного камня, вглядывающаяся в бескрайнюю пустыню над головой.
— Опять смотришь наверх? — голос Саргаланы прозвучал мягко, но в нём угадывалась тревога.
Она подошла бесшумно — охотничья выучка давала о себе знать даже здесь, где каждый шаг отдавался непривычно лёгким подпрыгиванием. Её волосы, собранные в тугую косу, отливали медью в свете аварийных ламп.
— Смотрю, — коротко ответил Заса. — Она всё ещё там. И всё ещё… не наша.
Саргалана встала рядом, чуть коснувшись плечом его плеча.
— Зато Луна теперь наша. Вся. До последнего кратера.
Из‑за перегородки доносился приглушённый смех Айзы и Алгыстаны — они спорили над схемой нового модуля, разложив на столе голографическую проекцию. Где‑то дальше, в глубине базы, Нюргуяна напевала тихую северную песню, ухаживая за первыми ростками в гидропонной секции. Зелёные побеги пробивались сквозь лунный грунт — крошечные, хрупкие, но упрямые, как сама жизнь.
Ви‑ви‑ща‑а сидел в углу, погружённый в медитацию. Его механические пальцы едва заметно подрагивали, словно он ощупывал невидимые нити пространства. Время от времени он приоткрывал глаза, и в их глубине вспыхивали странные, нечеловеческие отблески.
— Думаешь, они вернутся? — тихо спросила Саргалана, имея в виду Девану и Хабату, улетевших к Перуну.
Заса медленно повернулся к ней. В его глазах отражалась та же мысль, что жила в сердце каждого: Мы одни. По‑настоящему одни.
— Вернутся, — сказал он твёрдо. — А пока… пока мы должны сделать так, чтобы им было куда вернуться.
Айза вдруг вскрикнула от восторга:
— Получилось! Смотри, Алгыстана, контур замкнулся!
На голограмме запульсировала сеть светящихся линий — схема энергоснабжения базы, перестроенная под новые условия. Теперь энергия от термоэлектрических генераторов, использующих перепад температур между поверхностью и глубиной лавовой трубки, равномерно распределялась по всем секциям.
