Пролог. «Беременность — это диагноз»
Если вы думаете, что быть женой вампира — это сплошные алые розы, шелковые простыни и томные взгляды при свечах, то вы глубоко заблуждаетесь. Это, дорогие мои, адский труд, прерываемый приступами токсикоза и внезапными обысками магической полиции.
Меня зовут Василиса Огнева. Нет, я не потомственная ведьма и даже не выпускница Академии Тьмы. Я обычный человеческий маг-недоучка, которая по глупости согласилась выпить вина с незнакомцем на корпоративе. Незнакомец оказался Владом — главой вампирского клана «Северный Клык», красавцем с глазами цвета старой крови и характером домового, которому наступили на любимую тапку.
И вот уже полгода я живу в его замке, ем гематоген килограммами и пытаюсь не убить мужа только потому, что он приносит кофе в постель. Обычно — с маршмеллоу. Но сегодня утро не задалось с самого начала.
Я сидела в ванне по пояс в розовой пене, жевала соленый огурец и смотрела на магический тест на пол ребенка. Тест выглядел как обычный градусник, только вместо ртути внутри переливалась золотая жижа. Если она становилась красной — будет мальчик. Если синей — девочка. А если фиолетовой — значит, жди двойню и запасайся валерьянкой.
Тест был фиолетовым.
— Кузя, — позвала я кота-фамильяра, который дрых на стиральной машине, — ты это видишь?
Кузьма, огромный черный кот с наглыми зелеными глазами, лениво приоткрыл один глаз:
— Мяу. Я вижу, что ты уже третий огурец жрешь, а мне даже сметаны никто не предложил. Это дискриминация по видовому признаку.
— Не отвлекайся. Двойня, Кузя. У меня внутри две маленькие кровососущие личности.
— Поздравляю, — кот зевнул, демонстрируя клыки покрупнее, чем у некоторых вампиров. — Теперь ты официально передвижная станция переливания крови.
Я запустила в него мочалкой. Кузя ловко увернулся и спрыгнул на пол с грацией беременного бегемота — он сам весил килограммов десять и считал себя центром Вселенной.
В этот момент дверь в ванную распахнулась. Без стука. Без предупреждения. Потому что в моей жизни закончилось все, что называется «личное пространство», ровно в тот день, когда я поставила подпись в брачном контракте.
На пороге стоял Влад.
Высокий, бледный, с волосами цвета воронова крыла и вечным выражением лица «я не зол, я просто разочарован». На нем был идеальный черный костюм, который стоил как моя бывшая однушка в Челябинске, и легкая улыбка, от которой у нормальных девушек подкашиваются колени. У меня — подкашивается терпение.
— Дорогая, — сказал он мелодичным голосом с легкой трансильванской хрипотцой, — почему ты сидишь в холодной воде? Ты же беременна.
