Пролог
Ветер завывал над массивными кронами древнего леса, словно предвещая бурю. Небо, затянутое серыми облаками, отражало мрачное состояние жителей Харстада.
«Да у него же сердце было слабое, в наше время это не редкость», — послышалось где-то в толпе.
Не к добру это всё. Ой, не к добру. Женщина тяжело вздохнула, перекрестившись.
— Да ладно вам, Маргрет, всё будет хорошо. — Женщина лишь мотает головой. — Нет. Он за всеми придёт. За всеми нами.
— Маргрет, пожалуйста, давайте я провожу вас домой. Пожалуйста! — тихо произношу я, пытаясь успокоить женщину, которая выглядит так, словно вот-вот упадет прямо тут, на сырую землю, рядом со своим уже покойным мужем.
Она поднимает глаза и долго смотрит на меня, после чего отворачивается и молча уходит.
— Её можно понять: она ведь сначала потеряла единственного сына, а через неделю и мужа.
Я слышу голос из-за спины, но обернуться не решаюсь. Всё также неотрывно смотрю в след уходящей вдаль Маргрет.
— Они раньше хорошо общались с моей мамой. До всего этого. А сейчас даже не здороваются. — Я тяжело втягиваю носом воздух, наконец обернувшись к собеседнику.
— Вы были близки с их семьёй? — говорит он мне, и я, пытаясь вспомнить имя говорившего мужчины, невольно киваю.
На самом деле я не соврал: Маргрет очень тесно общалась с моей матерью с самого детства. Но после потери сына она замкнулась в себе, оборвав все связи.
— Говорят, что это старые боги так показывают свой гнев.
Мужчина достал из кармана пачку сигарет и протянул мне одну.
— Я не курю.
— Как хочешь. — Он ухмыльнулся и закурил, продолжая смотреть на меня чуть щурясь.
— Извините, мы знакомы?
— Хм... Мы тут все знакомы, не так ли?
Между нами разрасталась неловкая пауза, превращаясь в тревожную.
Я притворно посмотрел на свои часы и быстро попрощался.
Торфин.
В номере гостиницы, где мне приходится находиться большую часть времени, не было даже личного туалета и ванной. Каждый раз, когда мне нужно было купить воду, приходилось спускаться вниз или идти на соседнюю улицу в маленький продуктовый магазин. Более унылых мест, если честно, я в жизни не встречал. Стены здесь словно пропитаны серостью, а воздух —тоской.
Мы в Харстаде уже больше двух недель, и меня не покидает чувство, что я что-то упускаю. Это ощущение давит на грудь, как тяжелый камень. А этот Грейсон!? С ним явно что-то не так. От него исходит какая-то темнота, которая словно пытается спрятаться, как будто он сам боится своего отражения. Может эта работа сводит меня с ума? Или у меня действительно развилась паранойя?
Но завтра я должен проследить за ним. Он единственный подозреваемый в моём списке, и эта мысль не дает мне покоя. Я чувствую, как адреналин стучит в висках. Я обязан разгадать эту загадку и выяснить, что скрывается за его маской.
