— Заказ оформлен, — я прижал подушечку пальца к красной кнопке; она коротко просела под стеклом, и секундомер побежал. — Двадцать семь минут. Если опоздает, господа, с выходом на китайский рынок мы действительно торопимся. Заказ я собрал из ресторана и маршрута, на которых наша служба чаще всего теряла клиентов: сегодня компания везла мне последствия собственных ошибок. Первая секунда сменилась второй, и дождь по стеклу вдруг стал слышен всем.
На стенном экране кухни горели лица шанхайских партнёров. Я стоял у кухонного острова в собственных апартаментах башни «Федерация». За стеклом дождь расчёркивал огни Москва-Сити, а приложение уже сообщило: ресторан в восьми километрах принял заказ.
Переводчик наклонился к партнёрам, выслушал их спор и повернулся ко мне: — Они не принимают московскую выборку. В Шанхае другая плотность адресов и покупатели иначе выбирают время; хотят знать, на чём система будет учиться там.
— Поэтому я показываю вам не презентацию, а работающий бизнес. — Я вывел приложение на общий экран. — Ресторан, обычный чек, мой адрес под инициалами. Кухня не знает заказчика. Автомобильный навигатор обещает тридцать четыре минуты. Моя система — двадцать семь минут. Отсчёт идёт. Я повернул таймер к камере, чтобы спорить пришлось уже не с обещанием, а с цифрами.
На схеме вспыхнула жёлтая точка: кухня начала сборку. Партнёр перестал перелистывать договор и посмотрел на секундомер.
— Один удачный заказ ничего не докажет.
— Докажет, что мы способны выполнить один. Для ста сорока тысяч в сутки у меня есть бухгалтерия, которую вы читаете второй месяц.
Я раздвинул карту двумя пальцами и нажал на жёлтую точку заказа. Поверх улиц легли цветные полосы: красным наливалась загрузка кухни, возле пакета падала температура, значок велосипеда двигался к оранжевому затору, а зелёная пунктирная ветка уходила через открытую калитку. Архитектуру я собрал с разработчиками на данных реальных доставок. Я задержал курсор на последнем сбое, прежде чем открыть следующий слой карты.
— В Шанхае ваших правил нет, — заметил партнёр.
— Зато есть ваши опоздания. Дайте обезличенные данные за три месяца — система сама найдёт повторяющиеся провалы и построит местные правила. Первый месяц: два района, ваши рестораны, три дарк-кухни и один узел. Вы ведёте платежи и разрешения, мы — приложение, сборку и доставку.
Я открыл следующий модуль и положил ладонь на холодную дверцу демонстрационного холодильника. Датчик вывел на экран температуру, срок молока и остаток крупы; я убрал последнюю пачку, и система тут же собрала корзину и предложила доставку на утро. Пустая полка стала заказом раньше, чем семья обнаружила бы её за завтраком.
