Глава 1. Холодный кремний
Когда реальность стирают до идеального кода, спасением становится ржавое железо.
Октябрь в Миннесоте всегда пах одинаково — прелой ольховой корой, сырым гравием с обочин и дешевым бензином с октановым числом 87, который на заправках «Тексако» отдавал какой-то кислой химической гарью. К пяти часам вечера небо над Хоук-Крик окончательно налилось тяжелым, оловянным цветом. Озерный край остывал быстро, и этот холод не просто опускался сверху — он выползал из-под земли, пробивал подошвы старых кроссовок и застревал где-то в суставах, заставляя парней глубже прятать ладони в карманы засаленных курток.
Трой сидел на перевернутом пластиковом ящике из-под молочных бутылок в углу гаража Кейси. Гараж был старым, сложенным из серых шлакоблоков, которые от сырости покрылись изнутри темно-зеленым пушком мха. В углу, под потолком, сипела люминесцентная лампа дневного света. Она была старой, с полусгоревшим стартером, поэтому каждые тридцать секунд выдавала серию раздражающих, сухих щелчков и на долю мгновения гасла, заставляя тени на стенах дергаться, как сломанная анимация. От этого мерцания — ровно 60 герц, стандартная американская частота — у Троя уже через час начинали чесаться глаза, а в глубине черепа зарождалась тупая, пульсирующая боль.
— Кейси, твою мать, у тебя есть нормальная лампа? — Трой не выдержал, зажмурился и потер пальцами переносицу. — Этот стробоскоп мне сейчас мозги выжжет.
Кейси не ответил. Он лежал на спине под поднятым капотом темно-синего «Шевроле Кавалер» 1989 года выпуска. Из-под моторного отсека торчали только его массивные ноги в грязных, тяжелых рабочих ботинках «Катерпиллар» и разлапистые колени в заношенных джинсах, на которых в районе правого бедра красовалось жирное пятно от трансмиссионного масла. В темноте подкапотного пространства глухо звякнул рожковый ключ, а затем послышался тяжелый, смачный шлепок ладони по металлу и глухое ругательство.
— Если я сейчас не выставлю зажигание по меткам, мы никуда вообще не поедем, — донесся из недр машины хриплый голос Кейси. — И тогда тебе будет плевать на лампу, потому что мы останемся зимовать в этом склепе. Посвети лучше сюда. Нормально посвети, а не как в прошлый раз.
Трой тяжело вздохнул, поднялся с ящика и взял со стола старый железный фонарь «Эвереди». Корпус фонаря был облупившимся, изнутри него пахло окислившейся медью и подтекшими щелочными батарейками размера D. Парень подошел к правому крылу машины, оперся ладонью о холодный, влажный от конденсата металл и направил узкий, желтоватый луч внутрь моторного отсека.
