Анна вытерла руки о фартук, отступила на шаг и критически осмотрела шкатулку. Старая, потемневшая от времени, с выцветшим узором по бокам — такие обычно пылились на чердаках или продавались за бесценок на блошиных рынках. Но Анна видела больше: она чувствовала историю, спрятанную в дереве.
Она осторожно провела пальцем по крышке. Лёгкий укол — будто статическое электричество — и перед глазами вспыхнули обрывки:
…женщина в старомодном платье прячет что‑то внутрь, её руки дрожат… …мальчик открывает шкатулку, смеётся, но тут же испуганно захлопывает крышку… …тёмная комната, чей‑то шёпот: «Он не должен попасть не в те руки»…
Видения исчезли так же внезапно, как появились. Анна моргнула, возвращаясь в реальность — мастерскую, пропахшую лаком и древесной пылью.
— Опять твои фокусы? — голос Лии прозвучал за спиной, и Анна невольно вздрогнула.
Подруга стояла в дверях, сжимая в руках бумажный стаканчик с кофе. На её куртке блестели капли дождя — видимо, только что вернулась с улицы.
— Просто… почувствовала что‑то, — Анна осторожно закрыла шкатулку. — Странное ощущение. Как будто она ждёт.
Лия фыркнула, но подошла ближе, заглядывая через плечо:
— Ждёт? Ты сейчас серьёзно? Это просто старая коробка, Ань. Хотя… — она прищурилась, — если там внутри бриллиант, я требую половину.
Анна не смогла сдержать улыбку: — Если там бриллиант, я куплю тебе кофейню.
Она снова коснулась крышки, на этот раз увереннее. Видение пришло чётче: …ключ. Маленький, серебряный, с витой рукояткой и странной гравировкой…
…женщина кладёт его внутрь, шепчет: «Прости, дочка»…
— Там что‑то есть, — прошептала Анна.
— Что? — Лия подалась вперёд. — Говори нормально, ты меня пугаешь.
Анна молча подняла крышку. Внутри, на куске пожелтевшей ткани, лежал ключ. Не современный, а какой‑то… неправильный. Слишком изящный для обычного замка, с узорами, которые словно шевелились, если смотреть под углом.
Лия присвистнула: — Ну ничего себе. И ты молчала?
Анна протянула руку, но не решилась дотронуться. Вместо этого она наклонилась ближе, вглядываясь в гравировку. Линии складывались в символы, которых она не знала, — они будто скользили по металлу, избегая чёткого очертания.
— Странно, — пробормотала она. — Я никогда такого не видела.
— Может, антиквариат? — предположила Лия. — Продашь на аукционе, разбогатеешь, откроешь свою мастерскую…
Но Анна уже не слушала. Она чувствовала — ключ был не просто вещью. Он помнил. И сейчас, в эту секунду, он будто прислушивался к ней в ответ.
Решившись, она всё же коснулась металла.
Холод пронзил пальцы, распространяясь по руке. Видение нахлынуло волной: …темнота… чей‑то крик… ключ лежит на столе, окружённый странными знаками… …голос, низкий и властный: «Он пробуждает то, что должно спать»… …вспышка боли — кто‑то роняет ключ, тот катится по полу…
