Меня зовут Антон, мне двадцать пять, и я как бы это сказать — повар. По крайней мере я так себя называю.
И если подумать, что это слово вообще применимо к человеку, который только что уронил бекон мимо сковороды, на которой он его жарил, подобрал его, дунул, протёр о фартук и недолго думая всё-таки запихнул обратно. Бекон жалобно зашипел — тоже, видать, не очень рад такому повороту.
За окном типовой забегаловки с вывеской «У дяди Бори» серое московское утро отмывало тротуары мелким моросящим дождём. Внутри же пахло дешёвым кофе, подгоревшим маслом и безнадёгой. Я в одной руке лопатка, в другой — телефон с новостью об очередном подорожании яиц.
— Так, — переворачиваю яичницу ленивым взмахом. Желток, конечно, лопается и растекается жёлтой лужей. — Шедевр ага. Назовём это «Яйцо-пашот в стиле кантри».
— Эй, любезный! — гаркнули откуда-то из зала.
За столиком сидел мужик. Типичный такой: красный нос, телогрейка, взгляд человека, привыкшего, что мир ему должен, но почему-то не отдаёт.
— Мне яичницу. С беконом. Чтоб желток жидкий, белок схватившийся, но не резиновый. Сделаешь?
— Сделаем, — киваю, не отрываясь от экрана. — Как не сделать.
Бекон, словно почуяв мою некомпетентность, соскальзывает и шлёпается опять прямо на грязную плиту. Слава богу хотя бы не на пол. Бросаю быстрый взгляд на мужика — не смотрит, пронесло. Подцепляю бекон лопаткой, сдуваю пылинку (или это был муравей? неважно) и возвращаю обратно, мысленно применив Правило трёх секунд.
— Вот так рождаются шедевры. Или сальмонелла. Одно из двух.
Готовка в закусочной «У дяди Бори» — третья работа за год. До этого грузил мебель (спина отвалилась), торговал чехлами (научился ненавидеть фразу «как в прошлый раз, только дешевле»). Дядя Боря взял из жалости. Или потому, что согласился на зарплату ниже минимальной. Скорее второе.
Через пять минут тарелка перед мужиком. Выглядит как еда. Если особо не присматриваться.
Мужик тыкает вилкой, жуёт. Лицо приобретает выражение философа, познавшего экзистенциальную тоску.
— Это что, а? — Глаза в глаза.
— Яичница с беконом. По-нашему, по-братски. Как вы и хотели.
Переворачивает кусок вилкой. И тут мы оба видим ЭТО! На нижней стороне, впитавшись в жир, лежит муха. Крупная, навозная, с зелёным отливом. Выглядит так, будто пришла не просто умереть, а сделать это как можно эффектней.
Пауза. Дождь за окном, кажется, тоже затаил дыхание.
— Это… — начинает мужик.
— Это не муха, — перебиваю максимально уверенным тоном. — Это дополнительный белок. Бесплатно. Акция: «Съешь муху — получишь порцию кармы». Сейчас в Европе модно есть насекомых. Экологично, белково, и мухи не бьют копытами. Как-то так.
