Холод сковал сознание раньше, чем я открыла глаза.
Чувствовала лопатками твердый камень. Запястья сковывал грубый металл. Он впивался в кожу.
Затылок гудел. Во рту стоял металлический привкус, а перед глазами плавала серая муть, которая никак не желала превращаться во что-то осмысленное.
Я попыталась пошевелиться и что-то лязгнуло. Цепи. Я была прикована.
Паника пришла не сразу. Сначала — недоумение. Где я? Что вчера было? Я помнила… дождь за окном. Серый офис. Чашка остывшего кофе с засохшей пенкой. Звонок мамы: «Ты сегодня к ужину?». Я ответила: «Да, конечно». А потом — ничего. Пустота. Провал.
И вот теперь — каменный пол, запах сырости и факел на стене, отбрасывающий пляшущие тени.
Я рванулась, пытаясь сесть и застонала от боли в запястьях. Тяжелые браслеты впивались в кожу, а цепь, тянущаяся от них к кольцу в стене, была натянута так, что я могла лишь приподняться на локтях. Черная ткань платья, тяжелого, явно дорогого, сбилась вокруг ног.
Это не мое платье. Я никогда не носила ничего подобного.
Я опустила взгляд на свои руки. И не узнала их. Тонкие пальцы. Длинные. Очень тонкие. Холеные. У меня никогда не было таких рук.
Сердце рухнуло вниз, в ледяную пустоту.
— Очнулась.
Голос прозвучал из темноты — низкий, глубокий, вибрирующий. От этого звука волоски на моих руках встали дыбом. Это был голос человека, привыкшего отдавать приказы. Человека, который никогда не просил.
Я резко повернула голову, всмотрелась в массивную фигуру.
В углу камеры, в тени, которую не задевал свет факела, сидел мужчина. Черный мундир, расшитый серебром, сливался с мраком. Он сидел на простом деревянном стуле, широко расставив ноги, положив руки на подлокотники — как на троне. Сама его поза была позой властелина, палача, того, кто пришел насладиться зрелищем.
Я не могла разглядеть его лица. Только силуэт. Только глаза — серые, холодные, светящиеся в полумраке как два осколка льда.
— Я устал ждать, Рейла, — произнес он хрипло. — Время вышло.
Рейла?
К кому он обращался? Мы были одни и никакой другой девушки я не видела.
Он поднялся. Медленно. Хищно. Высокий, даже слишком. Когда он шагнул в круг света, я невольно вжалась спиной в стену. Лицо у него было резкое, словно высеченное из камня: тяжелая челюсть, высокие скулы, тонкий шрам, рассекающий левую бровь. Черные волосы собраны в низкий хвост, открывая породистый лоб. На нем был мундир, сидящий как влитой и высокие сапоги, стучащие по камню гулко и размеренно — шаг, другой, третий.
Он остановился надо мной. Серые глаза смотрели сверху вниз. В них не было ни злости, ни ярости, лишь ледяная, безжизненная пустота. Так смотрят на насекомое перед тем как раздавить.
