Муж попросил меня выйти, чтобы я не видела, как убьют нашего сына.
Он стоял по другую сторону двери. Я слышала его достаточно хорошо, но все равно переспросила:
— Что ты сказал?
— Аделина, коронные люди уже здесь. Открой. Тебе незачем при этом присутствовать.
Во дворе скрипели колеса. Кто-то велел отвести лошадей подальше от окон, затем раздались шаги по каменным ступеням. Я сидела на полу возле скамьи и держала миску с водой. Ян до нее не дотянулся, когда я предлагала ему пить в последний раз. Нужно было придвинуть ближе, но сейчас я боялась пошевелиться.
Сын лежал вдоль стены, подогнув переднюю лапу. В складке на шее осталась пыль от разбитой вчера перегородки. Я пыталась стереть ее мокрой тряпкой, пока он позволял к себе прикасаться. Потом началась дрожь, и пришлось отойти.
От его затылка до конца хвоста было шага четыре. Вчера утром я еще поправляла на нем рубашку и выслушивала, что ворот слишком тесный. Теперь та рубашка лежала рядом с моими коленями. Я принесла ее, когда стало ясно, что к обеду Ян не вернется в свою комнату.
— Он узнает меня, — сказала я. — Гердан, послушай. Всю ночь он поворачивался, когда я его звала. Сейчас ему больно, он почти не двигается, но он меня узнает.
— Ты не спала и не можешь судить о его состоянии. Лодер все объяснил.
По дымчато-серому боку Яна прошла судорога. Край крыла заскреб по плитам, скоба на передней лапе звякнула о камень. Я поставила миску и потянулась к сыну, однако он резко дернул головой. Мои пальцы остановились в воздухе.
— Я здесь. Сейчас не буду тебя трогать.
Пять дней назад я застала Гердана у спальни Селесты. Он тогда даже не попытался солгать. Велел дождаться первого обращения Яна и до тех пор не устраивать скандалов. Я подчинилась: сын так долго готовился, так хотел, чтобы отец им гордился.
Теперь Гердан привел человека, который должен был его убить.
— Госпожа Ларн, — произнес незнакомый голос. — Меня зовут Мартен Роос. Я должен осмотреть вашего сына. Дверь заперта изнутри?
Я взглянула на засов. Можно было сесть поперек порога, заставить их вытаскивать меня силой. На сколько минут это задержало бы палача?
— Вы палач?
— Да. Но до осмотра я не приступлю к исполнению приказа. Отойдите от двери, если не можете открыть ее сами: я не хочу, чтобы вас ударило створкой.
Я поднялась, опираясь ладонью на стену. От долгого сидения нога онемела, пришлось подождать, пока я снова смогла на нее наступить.
— Сначала вы меня выслушаете.
— Я слушаю. Откройте, пожалуйста.
Я отодвинула засов.
Незнакомец стоял впереди Гердана. Высокий, в темном дорожном сюртуке, с открытым лицом и короткими волосами, примятыми на висках. У пояса висел меч. Я посмотрела на рукоять и уже не смогла отвести от нее глаз.
