Глава 1. Масло, которое капает на мозги
До будильника оставался ещё час, но Артём Сидоров уже открыл глаза, понял сколько времени и выматерился в потолок.. Это был звоночек того, что день будет дерьмовый. Хорошие дни начинаются с того, что ты досматриваешь сон и просыпаешься от музыки. Плохие — с того, что глаза открываются сами, будто кто-то взял и переключил программу сон — явь.
Он полежал минуту, глядя в потолок. На потолке, если присмотреться, можно было разглядеть карту мира: трещина в виде Африки, пятно от протекавшей крыши — Австралия, а старый след от дюбеля, который так и не зашпаклевали, идеально изображала Байкал. Он с тоской подумал, что в свои тридцать девять так и не придумал, как украсить эту бетонную клетку, чтобы она перестала быть просто съёмной однушкой.
— Ну, погнали, — сказал Артём сам себе и сел на кровати.
Хрустнула шея, колени, хрустнул даже позвоночник, и этот звук можно было расшифровать как «староват ты, парень для гаечных ключей».
Выходя из подъезда, Артём уже знал, что кофе в ближайшем ларьке закончился, а тот, что во втором, стоит дороже. Он купил растворимый кофе 3-в-1 и пирожок.
Автосервис «У дяди Васи» находился в промзоне, за железнодорожными путями. Вывеска была самодельная, синяя буква «У» держалась на одном шурупе и периодически крутилась вокруг своей оси. Дядя Вася, кстати, был жив, здоров и каждый день лично проверял, не сидят ли работники без дела. Он считал, что если человек стоит ровно три секунды, то он уже ворует у него. Артём подозревал, что дядя Вася в прошлой жизни был лагерным надзирателем, но спорить не хотелось — зарплату платили, хоть и с задержкой.
На территории уже ошивался Вован, коллега и главный инструмент для повышения давления у Артёма. Вован был из тех людей, которые умеют делать вид, что работают, лучше, чем умеют работать на самом деле. Он вечно курил, жаловался на жизнь и постоянно брал чужие инструменты, а потом клал их в свой ящик с его слов «по ошибке».
— Здарова, Сидорыч, — сказал Вован, выдыхая дым в сторону входа. — У тебя лицо такое, будто ты всю ночь болт пытался вкрутить в левую резьбу.
— С твоей мамой болт пристраивал, — беззлобно ответил Артём. Это был их стандартный ритуал приветствия.
— Обижаешь. Моя мама на балу была, с бизнесменами танцевала, ей твой старый обмякший болт не нужен.
Артём вспомнил утренний поход в ванную, что бы умыться, почистить зубы. Он тогда посмотрел в зеркало. Мужик с лысиной и морщинами вокруг глаз, они пропечатались от напряжения, с которым он срывал прикипевшие намертво болты. Когда-то, классе в девятом, девчонки говорили, что у него глаза как у героя-любовника из сериалов. Сейчас от героя осталось только жалкое воспоминание, да и, если честно, любовник из него вышел так себе.
