Девушка зажимала бок и ковыляла к порогу пещеры, что притаилась под утесом. Ее обмерзшие пальцы цеплялись за кору дерева и нещадно резались об острые выступы. Под второй рукой выглядывало засохшее кровавое пятно – зачем держать на нем ладонь, если от раны осталось разве что испачканная ткань платья? Боли больше не было, но ребра чесались после исцеления. Странное чувство. Наверное, заживало дольше, чем обычно, из-за голода. Она была истощена после трех дней, что бродила в лесу вблизи Аванхолла. Рыжие сальные пряди так мешались в пути, что их пришлось срезать до плеч первым попавшимся обрубком меча. Таких под ногами были десятки, они мерцали, притаившись в невысокой траве. Бойня прошлась по лесу штормом три месяца назад, ее следы были выжжены на сухой земле. Благо, до зимы еще далеко. Мерзлота севера напоминала о себе даже летом, но хотя бы не пробирала до костей. Кора снова зацепилась за кожу, и девушка приглушенно шикнула, посматривая на кровавые капли. Они выступили на пальцах алыми бусинками. Даже деревья на севере суровы и безжалостны. В лесах вблизи столицы кора не казалась ей такой колючей. Девушка испуганно смотрела на красную отметину, прилипшую к стволу ели – этого хватит, чтобы Избиратели вышли на ее след. Оставалось надеяться, что они будут заняты тем погромом, который она оставила, прежде чем сбежать из-под их носа. Прикусив губу, она снова залечила порезы – они затягивались медленнее, чем обычно. Пламенный дар поддерживал ее жизнь, без него она умерла бы от обезвоживания или голода днем раньше. Ее и до побега не сильно баловали едой. Но удача не будет улыбаться ей и впредь, если в желудке не появится хотя бы корка хлеба.
Осунувшееся лицо обдало прохладой, как только ноги девушки привели ее к широкой расщелине. Пещера, к ее счастью, не была домом разъяренной медведицы. Здесь было темно и сыро, но гораздо уютнее, чем в лапах Избирателей и в городах, охваченных войной. Девушка осела на холодный камень и поджала ноги к себе. Льняное платье ничуть не согревало ее тело, оттого белая, как северный снег, кожа, вся покрылась мурашками. Холодно. Голодно. Страшно. Как долго она протянет, прежде чем ее рассудок помутнеет? Отвердевшие после долгой дороги ноги расслабились впервые за три дня – девушка осознала, что шла по лесу без остановки. Сбавила темп лишь когда заметила притаившуюся в утесе пещеру. Сейчас ее костлявые колени ходили ходуном от усталости, но, если поспать хотя бы пару часов, может полегчать. Какой там сон? Если отвлечься на отдых, можно пропустить мелькнувший поблизости белый плащ. И что тогда, снова угодить в руки тех, от кого бежала трое суток? Не хотелось бы так просто попасться – не после всех усилий, что она приложила для побега.
