Стеклянные двери павильона «Космос» раздвинулись перед Игорем с таким торжественным шорохом, будто узнали представителя прессы. Снаружи осталось белое августовское небо, влажный блеск асфальта после короткого дождя и посетители ВДНХ, которые фотографировались у макета ракеты. Внутри было прохладно. Воздух пах новым пластиком, металлом и свежей краской — запахом места, которое закончили собирать ночью, а утром объявили готовым к будущему.
Игорь провёл электронным пропуском над стойкой. На прозрачной панели вспыхнуло его имя: «ВЕТРОВ ИГОРЬ. ПРЕССА». Ниже появилась зелёная стрелка.
— Даже табличка знает, куда мне идти, — заметил он.
Девушка у стойки улыбнулась отработанно, одним движением подбородка указала на центральный зал:
— Стеклянная кабина. Вас уже ждут.
Он пошёл по светящейся полосе на полу, на ходу осматривая павильон. Старый «Космос» узнавался только в мозаике под высоким потолком: рабочие в белых халатах протягивали руки к серебристому спутнику, космонавт смотрел поверх их голов в синее пространство. Под мозаикой тянулись гладкие металлические стены без единого шва. Между ними мерцали указатели: «ОРБИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ», «НЕЙРОАРХИВ», «КОСМОС-61». Советская мечта получила холодную подсветку, сенсорные двери и генерального партнёра, логотип которого встречался чаще, чем звёзды.
У дальней стены журналисты толпились возле стола с газировкой и маленькими пирожными. Кто-то снимал вертикальное видео, кто-то уже диктовал в телефон первые впечатления. Игорь замедлил шаг. Можно было остаться здесь, собрать две цитаты, сфотографировать кресло и через час отправить редактору бодрый текст: «Прошлое теперь доступно по подписке».
На небольшой сцене заканчивалась вводная презентация. Молодой человек в серебристом пиджаке показывал на огромный экран, где цветная схема человеческого мозга была наложена на чёрно-белые кадры праздничной Москвы.
— В реконструкции нет актёров и заранее записанных диалогов, — объявил он. — Каждый житель виртуального 1961 года способен поддерживать свободную беседу. Вы можете спросить инженера о работе, официантку — о сегодняшнем празднике, случайного прохожего — о его планах. Их ответы рождаются непосредственно во время сеанса.
— А если спросить о том, чего в шестьдесят первом ещё не существовало? — выкрикнул кто-то из журналистов.
— Система постарается истолковать вопрос в пределах доступной персонажу картины мира.
— То есть соврёт исторически достоверно?
По залу прокатился смех. Ведущий выдержал паузу и развёл руками:
— Предпочтём формулировку «творчески восстановит недостающий контекст».
