Слой первый
Уравнение сошлось
Дождь начинался как нечто среднее между снегом и ледяной крупой. Он стучал по крыше «Ниссана» Бориса не звонко, а глухо, словно сыпался песок. Навигатор, предательски мигавший уже полчаса, наконец погас. Последней точкой на карте был посёлок за двести километров отсюда. Борис выругался себе под нос, включил дворники, которые лишь размазывали грязь по стеклу, и прибавил скорости. Машина, верный конь, на котором он колесил по стройкам всего Красноярского края, вдруг издала странный хрустящий звук где-то в районе переднего левого колеса, а потом резко потянула вбок.«Сцепление, или ещё какая дрянь», — мрачно подумал Борис, с трудом выравнивая авто на скользкой трассе. Через пятьсот метров, как будто в ответ на его молитву, в свете фар возник призрачный силуэт знака. Борис сбавил скорость.
На белом, облупленном щите кривыми синими буквами было выведено: ТАРУХАНСК. Стрелка указывала на едва заметный съезд, больше похожий на проселочную дорогу. Рядом, будто выросший из земли, стоял деревянный билборд, когда-то, видимо, яркий, а сейчас выцветший до бледности старой кости. На нём были намалёваны краской цифры:
ЖИТЕЛЕЙ ЧЕТЫРЕСТА ШЕСТЬДЕСЯТ ШЕСТЬ
А ниже, более крупно и с каким-то зловещим старанием, словно это был не лозунг, а сакральная формула:
ОКО ЗА ОКО. ЗУБ ЗА ЗУБ.
Борис фыркнул:
— Не Россия, а Техас, блин. Молодёжь, наверное, до сих пор тут на видеомагнитофонах кассетные фильмы смотрит.
Он представил себе банду лихих парней в ковбойских шляпах, но картина не складывалась. Было холодно, мрачно и тоскливо. Палец ткнул в экран телефона – ни единой палочки сети. О чём-то большем, чем звонок, можно было и не мечтать.
Дорога виляла между покосившихся изб, обшитых тёмным, почти чёрным деревом. Окна, словно слепые глаза, смотрели на него пусто и безразлично. Ни души на улице. Словно весь городок впал в зимнюю спячку в середине осени. Единственным признаком жизни оказалась заправка «Фоснефть» с криво висящей вывеской. Подъехал. Колонки выглядели древними, но рабочими.
Залил бак. Дверь в мини-маркет открылась с душераздирающим скрипом. Внутри пахло старым деревянным полом, пылью и чем-то сладковато-приторным. За прилавком сидела женщина лет пятидесяти, читающая потрёпанный журнал. На её лице – огромные очки с затемнёнными, почти чёрными стёклами. Зимой. В помещении?
— Кофе, пожалуйста, самый крепкий, — хрипло сказал Борис. — И… скажите, а у вас здесь СТО есть? Машину прихватило.
Женщина молча кивнула, встала и пошла к кофемашине. Борис, роясь в портмане с деньгами, краем глаза заметил её левую руку, лежащую на стойке. Она держала кружку. И на этой руке не хватало среднего пальца. На его месте был аккуратный, затянутый бледной кожей след.
