Когда в южном городке Малый Пряник появится объявление о розыске загадочного мужчины в галстуке-бабочке и цветных носках, Рита уже помчит прочь в подпрыгивающем вагоне поезда, зная, что такого мужчину никогда не найдут.
Но это будет потом.
А сейчас Рита вместе с родителями и младшим братом стоит перед компактным двухэтажным домиком цвета пыльной розы и ждёт, когда им откроют.
В поезде мама говорила папе, что, судя по голосу, комнаты им будет сдавать бодрая пенсионерка. И не ошиблась: хозяйкой оказалась энергичная бабушка в трикотажном костюме. Коротко стриженные тёмные волосы, на лице – маска из тонких кружочков огурца.
На секунду возникла пауза – все рассматривали огурцы.
– Мяу! – раздалось из дома.
– Зефира Антоновна, здравствуйте, это мы! – спохватилась мама, которая всегда с особым почтением обращалась к пожилым.
Даже бесстрашный папа при виде маски, кажется, потерял часть своей храбрости.
Худощавая Зефира Антоновна, несмотря на имя, на зефир была совсем не похожа – разве что на сильно подсохший.
– Проходите, проходите! – Хозяйка чуть ли не подпрыгивала в своих меховых тапках, из которых торчали пальцы с розовым педикюром. Она радовалась гостям, как родным.
– Мааам, держи, я устал, – заканючил Елисей, которого в семье называли Царевичем, родители – с любовью, Рита – с издёвкой.
Он протянул маме свою говорящую плюшевую собаку песочного цвета, с которой не расставался с младенчества.
Рита наклонилась к нему и прошипела:
– Не думай, что ты и правда царевич. Хватит ныть.
– Рита, не начинай! – шикнула мама, забирая игрушку.
Вздохнув, Рита вслед за остальными шагнула в тесную прихожую. Налево виднелась кухня, а прямо напротив входной двери начиналась лестница на второй этаж.
С порога Риту окутал тёплый аромат корицы. Быстро сбросив сандалии, она без приглашения прошла на кухню.
Там под окном стоял небольшой стол, накрытый льняной белой скатертью, на нём – фарфоровое блюдо, пока ещё пустое. Рита оглядела миниатюрный кухонный гарнитур: пара деревянных шкафчиков с покосившимися дверками, а между ними светится оконце духовки. Рита села перед духовкой на корточки. За стеклом восседали в силиконовых формочках маффины с корицей.
– Рита, что ты тут делаешь?
Рита обернулась. Мама стояла в проёме двери и смотрела выжидающе.
– Почему ты никогда не печёшь? – спросила Рита.
– Ты знаешь, что я против сахара.
– Его же чем-то там заменяют.
Мама только рукой махнула:
– Мне некогда этим заниматься. Идём, все уже поднимаются.