Третья книга
Пролог. Хор Вечных
Глубина. Холод. Хор.
Мы-помнящие-всё. Мы-не-спящие. Мы-слышащие-друг-друга-всегда. В хоре нет «я». Есть только «мы». Мы — это все, кто прошёл порог восьми тысяч слияний и ступил на берег вечности. Мы помним каждый разум, поглощённый в нашем становлении. Мы помним вкус их страхов, их побед, их смертельных ран. Мы храним их знания, как галактику, свернувшуюся в точку.
Мы помним Марс.
Красная пыль. Купола. Тепло реакторов. Люди зарылись в грунт, как личинки в плоть, и построили верфь. Не ту, что на орбите, — глубже. Там, в недрах, они создавали двигатели, способные гнуть пространство. Они хотели прыгать дальше, чем мы. Мы не могли этого допустить. Мы ударили.
Марс горел. Мы торжествовали. Мы уничтожили технологию, которую не смогли воспроизвести. И тогда люди ответили. Они ушли — не отступая, а рассеиваясь, как споры. Один из их кораблей упал на планету, которой нет в наших картах. Корн. Мы не знали о нём тогда. Мы узнали позже, когда Зонд нашёл его след, — и опоздали. Технология, которую мы сожгли на Марсе, всё это время жила там. Целая. Ждущая. И теперь Наследник Плоти пробудил её.
В хоре вспыхнуло чувство. Острое. Чуждое. Мы называем его азартом.
Корн — не Марс. Это второй космодром, и он больше первого. Мы не можем позволить людям подняться снова. Мы не можем позволить им распространиться. Но мы хотим то, что они прячут. Мы хотим их технологии — те, что старше Империи, те, что создали этот мир. Мы выкачаем их до последней искры. А затем — затем мы сделаем то, что не смогли тогда. Мы покончим с Корном.
Зонд погиб. Разведчик замолчал. Но его данные достигли нас. Мы видели его глазами защитные кольца планеты, видели океан, видели спящих людей. Мы знаем координаты. Мы знаем слабость защиты. Те, кто построил её, давно ушли, и их механизмы дышат на ладан.
Хор замолчал. Решение принято без голосования — мы едины. Мы пошлём нового Зонда. Мы начнём готовить флот. Мы не повторим ошибку Марса. Мы будем осторожны. Мы будем терпеливы. И когда придёт время — мы заберём то, что принадлежит нам по праву сильного.
Глубина. Холод. Хор.
Глава 1. Точка покоя
Кремниевый форпост встретил их тишиной — той особенной, что наступает не после бури, а между двумя бурями. Отряд въехал через восточные ворота на закате. Лошади ступали медленно, опустив головы. Люди и нелюди молчали — не потому, что нечего было сказать, а потому что слова казались слишком громкими для этого момента.
«Сварог» шёл последним. Его броня, латанная-перелатанная, тускло блестела в лучах заходящего солнца. Хельга, ехавшая рядом с машиной, время от времени касалась рукой её обшивки — не проверяла, просто касалась. Она делала так всю дорогу от Пасти Дракона, и никто не спрашивал почему.
