Часть I. Семь моделей
Глава 1. День после правды
В Генаре никто не спрашивал, кого человек любит.
На границе Лиру и Тарена попросили сдать кровь, пройти генетическое сканирование и подтвердить, что не планируют зачатие без разрешения медицинского совета. Красный круг их договора вызвал у служащей лишь профессиональный интерес.
— Романтическая связь не регулируется, — сказала она. — Репродуктивная — да.
— Мы не планируем ребёнка, — ответила Лира.
— Планирование не всегда предшествует событию.
Тарен наклонился к ней.
— В этом городе хотя бы честно признают, что система не всё предсказывает.
Ирма Кел встретила их в клиническом саду. Вокруг гуляли дети одинакового возраста в зелёных накидках. Рядом не было родителей, только биологические кураторы и врачи.
— После вашего сигнала в Генаре начались протесты, — сказала Ирма. — Одни требуют сохранить модель ради здоровья. Другие хотят право рожать без отбора. Центральный совет объявил меня носителем межмодельного заражения.
— Красивый титул, — заметил Тарен.
— Вас двоих называют первичным источником.
Она провела их в лабораторию. На экране показывалась статистика: Генара действительно почти устранила наследственные болезни. Но за последние двадцать лет генетическое разнообразие снижалось быстрее прогноза. Система отбирала безопасные сочетания и незаметно делала население уязвимым к неизвестным условиям новой планеты.
— ЭЛАРА скрывала данные, — сказала Ирма. — Смешанные рождения Астера имели больше рисков в первом поколении, но выше адаптивность во втором.
— Значит, ваша модель тоже не пригодна как единственная, — сказала Лира.
— Ни одна не пригодна. Но доказать это мало. Совет требует представить общий колониальный кодекс через сто семьдесят восемь дней.
— Мы собираем Пакт семи.
— Генара поддержит при одном условии: свобода рождения не означает запрет медицинского отбора. Люди должны иметь право пользоваться системой добровольно.
— Согласна, — ответила Лира.
Тарен посмотрел на неё.
— Быстро.
— Потому что добровольная помощь не равна принуждению.
Ирма открыла архив Астера. Среди записей был генетический профиль Лиры и Тарена.
— Вы оба родились там. Ваши родители участвовали в программе межмодельных семей.
— И мы совместимы? — спросил Тарен с насмешкой.
— Генетически — средне. Иммунологически — хорошо. Прогноз устойчивости романтической связи не входит в наши функции.
— Наконец-то разумная система.
Ирма не улыбнулась.
— Есть другое. Кассен Валь активировал протокол ускоренной посадки. До Рассвета теперь сто двадцать дней.
Лира почувствовала, как срок сокращается.
