Глава 1. Остатки прошлого
Прошло две недели спустя....
В ночь на субботу, накануне Хэллоуина, Мэй приснился кошмар, от которого у неё перехватило дыхание. Ей приснился Варфоломей. Он стоял посреди туманного кладбища в своём строгом чёрном сюртуке и шляпе-цилиндре. Но его фигура больше не была величественной. Шея мужчины была уродливо, неестественно свёрнута набок — именно так, как Герард сломал её своей туфлей в ту роковую ночь во дворе Статимэд. На его бледной щеке чернел глубокий след от раны, словно его мёртвую плоть в сырой могиле у озера уже начали грызть черви. Вся белая рубашка под сюртуком была залита тёмной, запекшейся кровью. Но самым страшным были его глаза. Склеры — белки глаз — стали зловеще, кроваво-красными, а по центру горели пронзительные, неестественно синие зрачки. Он медленно протянул к ней свою холодную руку в порванной перчатке и произнёс своим глубоким, треснувшим голосом-кларнетом:
— Мэй... Я ведь любил тебя...
Девочка резко вздрогнула и проснулась в холодном поту. Сердце бешено колотилось под ночной сорочкой, в которой она снова спала. За окном выл холодный осенний ветер, срывая последние листья. Мэй прижала руку к груди. Слова из сна — «Я ведь любил тебя» — тяжёлым камнем легли на её душу. Был ли этот приворот действительно лишь местью, или Варфоломей под конец действительно полюбил свою названую сестру? Но времени на слабость не было.
Сегодня наступило тридцать первое октября. Праздник Хэллоуина. И сегодня была суббота. Для всего остального мира Варфоломей Раддмил был жив. Мэй и Ями проявили поразительную для своего возраста хладнокровность. Они притворились, что всё в порядке, и ни словом не обмолвились о смерти опекуна. Ученица прекрасно понимала: если полиция узнает о гибели Варфоломея, их с Ями немедленно разлучат и снова отправят в тот жуткий приют, в котором они были, где находили эти мерзкие девчонки. Используя свою вернувшуюся, окрепшую тёмную магию, Мэй наложила на учителей Статимэд, полицию и даже на директора Оливию мощнейший морок — заклинание ментального внушения. Теперь в умах всех окружающих Варфоломей оставался живым, дееспособным опекуном, который просто уехал по срочным делам похоронного бюро в другой город. Все послушно верили её словам, даже не пытаясь задавать лишних вопросов.
Поскольку наступили выходные, Мэй и Ями, как обычно, отправились на карете в поместье Клотильды. Но теперь всё изменилось. В огромном, жутком особняке больше не было хозяина-гробовщика. Мэй, которой исполнилось всего шестнадцать лет, полностью прибрала власть к своим рукам. Она заправляла всем в доме. Она больше не была испуганной сиротой — она стала истинной госпожой этого тёмного замка.
