Если вы когда-нибудь задумывались, куда попадают души менеджеров по продажам после смерти — ответ вас разочарует.
Они не попадают в рай. И даже не в ад. Они попадают в миры, где никто не слышал про CRM-системы, KPI и квартальные отчёты. Вселенная жестока: если ты всю жизнь впаривал людям то, что им не нужно, после смерти ты будешь впаривать то, что им нужно, но они об этом даже не догадываются.
Примерно так рассуждала Анна, когда открыла глаза и увидела над собой не натяжной потолок своей съёмной однушки в спальном районе, а сводчатую каменную крышу, с которой свисала паутина толщиной в хороший вязальный шарф.
— О, — сказала Анна.
Паук, размером с чайное блюдце, свисающий прямо над её лицом, сказал примерно то же самое, но на своём языке, и поспешил ретироваться.
— Значит, не дома, — констатировала Анна, ощупывая голову. На голове обнаружилась шишка размером с куриное яйцо и почему-то косички.
Она села.
И, судя по рукам, которые покрывала татуировка из сажи и мозолей в таких местах, где у неё отродясь мозолей не было, она была даже не в своём теле.Она была не в своей кровати. Она была не в своей комнате.
— Твою ж дивизию, — выдохнула Анна.
В голове зашумело, и вместе с шумом пришли... воспоминания? Нет, скорее ощущения. Чужая память, чужая жизнь, чужое горе.
Её звали... звали? Хельга. Хельга Железная Рука. Полугномка-получеловек, дочь кузнеца и местной травницы. Жила в этой самой кузнице на окраине Деревни У Камня (название явно придумывали в состоянии сильного похмелья, потому что никакого камня рядом не наблюдалось). Вчера вечером к ней заявились трое подвыпивших эльфов — «позабавиться над гномьим убожеством». Хельга, обладая классическим гномьим характером, послала их далеко и надолго с указанием конкретных геологических формаций. Эльфы, обладая классическим эльфийским воспитанием, не стали пачкать руки — просто долбанули магией по голове и ушли, гордые собой.
Анна почему-то нет.Хельга умерла.
— Вот так всегда, — вздохнула Анна, поднимаясь на ноги и с интересом разглядывая своё новое тело. Коренастое, крепкое, с мышцами, которые даже в расслабленном состоянии выглядели так, будто только что подняли штангу. — Там я за копейки впаривала людям пылесосы, которые они могли купить в два раза дешевле в соседнем магазине, а здесь меня убили за то, что я послала клиентов.
Она оглядела кузницу.
Бедность, судя по всему, была знатная. Горн остывший, угля — на один розжиг, металлолома — куча, но всё такое ржавое, что даже на арт-объект не спишешь. Зато на стене висели инструменты — и вот это было красиво. Молотки, клещи, напильники, какие-то странные приспособления для ковки, которые Анна видела только в аккаунтах у мастеров-ювелиров, когда листала ленту соцсетей перед сном.
