Первый роман цикла читать здесь: https://www.litres.ru/book/oleg-volhovskiy-33742188/kratos-1-t-problema-73899029/
* * * * * * * * * * *
Леонид Аркадьевич допил кофе и аккуратно поставил чашечку с красным фениксом.
Улыбнулся.
— Ленечка, налить еще? — спросила Ирина Николаевна.
Все-таки не могу привыкнуть к тому, что императора называют «Ленечка». Его предшественник Даниил Андреевич Данин был для меня всегда Даниилом Андреевичем. И маминым другом, и императором. И последний полностью затмил первого. Я даже не воспринимал его как отчима и называл «государь». Хотя мама, кажется, говорила «Даня».
Хазаровский предпочитает «Леонид Аркадьевич», потому как не на службе. Между прочим, он мой опекун. До совершеннолетия. А оно на Кратосе в двадцать один. Еще три года таких завтраков.
Что-то у меня прибавилось родственников с тех пор, как я остался сиротой!
Есть еще Людмила Георгиевна и Андрей Кириллович, родители отчима, взявшие на себя роль бабушки и дедушки. И у них Далия и Винсент пяти и девяти лет соответственно, их император Даниил Андреевич усыновил во время эпидемии, которую сам не смог пережить. Мелюзга, в общем. Кем они мне приходятся? Братом и сестрой? Или дядей и тетей?
У меня есть и настоящий отец. Но это уже совершенно отдельная история.
— Да, полчашечки, — говорит император и с улыбкой смотрит на жену.
За завтраком семья обслуживает себя самостоятельно: наливает кофе, лопает круассаны и намазывает масло на хлеб. Для императора завтрак — это пятнадцать минут отдыха в день. Он терпеть не может, когда рядом кто-то стоит навытяжку, уставившись на императорский перстень.
Маринка безумно красиво откусывает круассан, малюсенький кусочек, я украдкой смотрю на нее. Как же можно так красиво есть! У нее темная копна вьющихся волос и умные карие глаза. В отца. Их с Ириной Николаевной часто принимают за ровесниц, хотя Маринка всего на три года старше меня.
— Артур! Не ешь меня глазами, — наигранно возмущается Маринка.
Двенадцатилетние близнецы Олег и Глеб прыскают со смеху.
— Ты очень вкусная, — говорю я.
И бросаю близнецам:
— Молчать, подростки!
Леонид Аркадьевич наслаждается моментом. Еще пять минут в кругу семьи! Потом все разбегутся: мы с Маринкой в Университет, близнецы — в лицей, он — везде и повсюду, и только Ирина Николаевна будет одна здесь обедать. А может быть, и она куда-нибудь уходит, не знаю.
Я его понимаю. Мне всегда хотелось иметь такую большую семью. И чтобы все вместе собирались за столом.
Император допивает кофе.
Феникс краснеет на белом императорском фарфоре, чашечка тихо звенит по блюдцу.
