– Радуйся, о Лиэн Мэй, ибо ты избран вместилищем духа!
Трое воинов низко поклонились, двое шагнули ко мне.
– Нет! Пощадите! Я только сдал экзамен!
Руки заломили назад и скрутили веревкой. Выдернули из-за пояса меч. Дверь отъехала в сторону, и перед моим носом вырос дородный человек в малиновой шапочке и малиновой мантии ученого. Глаза внимательны и хитры, подбородок украшен маленькой бородкой. Пухлые руки. Мантия расшита белыми журавлями.
Человек опустился на колени и трижды коснулся лбом пола.
– Меня зовут Сым Тай-ши, о шэньди. Божественный император Гуа-ди страны Вэ назначил меня Распорядителем Смерти. Я буду сопровождать тебя в Небесный Павильон.
"Шэньди"! Титул приговоренного. Да, что! Меня предупреждали. "Император при смерти, Мэй. Отложи экзамен." "Бросьте! Я же в списке. Разве можно пренебрегать такой милостью?"
Сходил к гадателю. Он долго смотрел на меня из-под нависших бровей. "Лучше бы отложить…" "А, если не откладывать?" "Ну, ладно, тяни." Я наугад вытянул из коробки длинную полоску бумаги с надписью: "Смерть и жизнь – это неизбежная судьба." Поднял взгляд на гадателя. Он отвел глаза. "Ты понял."
Я сдал экзамен. Маленькая каморка. Только стол, скамья, бумага, тушечница да кисточка для письма. Духота, и, извините, вонь к исходу третьих суток. Да шаги и окрики надсмотрщика, прохаживающегося между рядами каморок таких же несчастных. Экзамен сдавали человек триста одновременно. А за передачу шпаргалки можно и в тюрьму угодить.
Но я его сдал. Мое стихотворение из шестидесяти слов было признано лучшим. Как я радовался тогда, болван! Уже видел себя чиновником высокого ранга, а то и губернатором провинции, как отец. Как бы ни так!
Не прошло и суток, как меня выпустили из вонючей камеры экзаменующегося, и ко мне заявились эти. Императорская охрана!
Меня вывели из дома и усадили в паланкин. Связали ноги. Не очень туго (как можно причинять боль шэньди!), но достаточно. Руки связали спереди и наглухо задернули красные шелковые занавески.
Паланкин мягко покачивался. Полуденное солнце било сквозь занавески, все окрашивая в цвета заката и осени. И крови. "Так по рекам осенним красные листья плывут…" Шелк слегка колебался от ветра и оживали вышитые драконы, извиваясь и изрыгая пламя.
Сколько ехать до Небесного Павильона? День? Два? Уж точно не больше. Я слышал стук копыт, скабрезные шуточки рабов, несущих паланкин, да голоса охранников. Сколько их? Я попытался вспомнить картину, которую увидел, когда меня вытолкнули из дома. Много! А, чего ты хотел? Почетный эскорт шэньди никогда еще не составлял менее восемнадцати воинов.
