Звонил телефон.
Как не вовремя!
Саша поднял трубку.
– Коллегия адвокатов «Вердикт-12».
– Знаем, знаем, – сказал вальяжный мужской голос. – Александр Александрович, вас из ФСБ беспокоят.
Пранк?
Саша ждал продолжения.
– Вам нечего делать в Питере, Александр Александрович, – заметил его собеседник. – Дались вам эти террористы! Послушайтесь доброго совета. Останьтесь дома!
– А вам они что дались?
– Нам они не зря дались, Александр Александрович. Уверяю вас, вы многого не знаете.
– И чего же я не знаю?
– Вы же, вроде, собирались стать судьей от России? Станете.
Ну, это все открытая информация, думал Александр Ильинский, глава коллегии адвокатов «Вердикт-12». Для того, чтобы это нарыть, не надо работать в ФСБ. О том, что он подал заявку на конкурс на должность судьи Европейского суда, он сам недавно написал в своем телеграм-канале.
Вероятность успеха была минимальна. И не потому, что не тех защищает. Причина в посредственном знании французского языка, которым судья ЕСПЧ обязан владеть свободно.
С английским все было ок. А вот божественный язык особо пригодный для общения с друзьями все не было времени выучить, как следует. Надо уж, наконец, репетитора что ли нанять и сдать на этот их уровень «С2»! Но один судебный процесс без перерыва сменял другой.
И вот теперь питерские ребята.
Честно говоря, было дискомфортно. Сердце холодело и падало куда-то вниз.
А вдруг не пранк?
– У меня с французским хреновато, – пожаловался он назвавшему себя фсбшником.
– Все проблемы решаются, – сказал тот. – Подучите по ходу дела.
– Нет, не могу я их бросить! Извините.
– Причем тут бросить? – спросил собеседник. – У вас там и так два адвоката. Что вам там делать собственной-то персоной? У вас уже уровень не тот!
– Иногда надо и собственной персоной, – отрезал Саша.
– Вы же никогда не были леваком, – уговаривали на том конце. – У них взгляды такие, что вам самому дурно станет.
– Причем тут их взгляды? У них дело выдумано!
– Не делайте того, о чем вам придется пожалеть, – в голосе собеседника появились стальные нотки.
– У меня скоро поезд, до свидания!
– Все равно опоздаете, – хмыкнул фсбшник и положил трубку.
На душе было гораздо хуже, чем с французским.
«Сапсан» отходил в 21:00. Еще больше часа. Почему это он опоздает? Что тут ехать-то до Ленинградского вокзала!
Он вышел на улицу под апельсиновое закатное небо. Было жарко. Пахло флоксами и свежескошенной травой.
Чуть прищурился от яркого солнца.
До машины было метров десять. Вынул ключ и зашагал к ней.
По стеклам дверей его белой «Хонды», от багажника до капота, шла багровая надпись: «Защитник террористов».
