Глава 1.
В Салем пришел вечер.Над осквернённой ямой повисла тяжёлая, звенящая тишина. Сырой осенний туман укутывал склон холма, скрывая из виду далёкие огни проснувшегося Салема.
Леди Мэрси больше не могла оставаться в тени. Вид Илая, распластавшегося на коленях перед наспех закиданной камнями землей, разрывал её душу. Магия перекрёстка(приворот который сделала Абигейл можно найти в книге "Кто убил Черити" - здесь за сайте) уже пустила первые невидимые корни, и Мэрси потянуло к нему с непреодолимой, пугающей силой. Она сделала шаг вперёд, мягко ступая по жухлой траве, и осторожно положила свою ладонь на его опущенное плечо.
Давайте приглядимся к леди Мэрси,- соседке, и как думает Абигейл, к её лучшей подруге! Какая она?
Под этой маской святоши скрывается уродливая, разъедающая душу зависть. Леди Мэрси исполнилось 40 лет, она не была ни разу замужем, и панически боится старения и увядания. Каждая новая морщина для нее — личное оскорбление от Бога. Чернота ее натуры проявляется в мелочах, которые замечает лишь внимательный взгляд: в слишком пристальном, оценивающем прищуре холодных глаз, в хищном изломе тонких губ, когда она смотрит на молодых девушек. Ее «богобоязненность» — лишь легальный инструмент контроля и мести. Она использует религиозные догмы как оружие, чтобы уничтожить то, чем сама больше не владеет: молодость, красоту и искреннюю радость жизни.
Илай вздрогнул, но не обернулся. Его плечи судорожно заходили ходуном от беззвучных рыданий.Только что в Салеме повесили его мать,обвинив в колдовстве 71 летнюю женщину. Мэрси опустилась рядом с ним на сырую землю, не заботясь о подоле своего тёмного платья, и разделила с ним это страшное безмолвие. Ребекка Нёрс прожила долгую, честную жизнь и вырастила в Салеме восьмерых детей. Илай остался старшим среди семерых братьев и сестёр, которые сейчас в ужасе забились в их общем доме. Там, в четырёх стенах, теперь царил удушающий страх: младшие плакали, средние испуганно переглядывались, боясь, что петля судей завтра затянется на шее кого-то ещё из их большой семьи. Дома Илаю не было покоя — там каждый угол дышал общей паникой и бессилием.
Его горе и её сочувствие скрепило связь Мэрси и Илая сильнее любого заговора. В эту секунду они были одни против всего обезумевшего мира.
— "Илай," — тихо, но твёрдо произнесла Мэрси, и её голос прозвучал для него как единственный якорь в бушующем море. — "Салем ослеп... Они не ведают, что творят! Тебе нельзя круглосуточно находиться в доме, где воздух отравлен страхом твоих близких. Ты изведёшь себя, пытаясь удержать их от безумия, и судьи не остановятся.Переезжай ко мне. Ты знаешь,что я люблю тебя.Но я не спешу.Подумай.У меня в доме есть просторная, сухая комната в левом крыле, она пустует. Сними её. Ты сможешь работать на стройке ратуши, помогать своей семье деньгами издалека, а по вечерам, когда город засыпает, тебе будет близко приходить сюда,если захочешь... Ты сможешь навещать её могилу в любое время, и никто в общине не посмеет упрекнуть тебя в дурном, если ты будешь просто моим жильцом. Это спасёт твой разум, Илай."
