Я стоял на коленях перед всеми своими самыми близкими людьми в этом мире. По крайней мере, буквально десять минут назад они воспринимались мной именно так. Мозг уже с трудом отличал реальность от бреда. По всей видимости, в порезах на ногах находился яд. Всё, что я мог делать в данный момент, – смотреть в эти теперь уже омерзительные лица. Смех и глумление моей девушки… бывшей девушки должен был пробудить злость и агрессию на неё, но в голове было пусто. Довольный взгляд сестры обязан был рвать душу на куски, но… ничего. Слова презрения от когда-то лучших друзей должны были поднять волну омерзения и негодования, но… пустота. В принципе… я уже смирился. Смирился с тем, что моя главная ошибка, которую я совершал на протяжении всей жизни, – безграничное доверие этим людям. Теперь же они смотрят на меня сверху вниз. Глумятся. Унижают.
– Кто? – собрав все силы, произнёс я. Четвёрка притихла и воззрилась на меня, не понимая, как мне удалось произнести хоть слово.
– Что, кто? – переспросила Анна, моя бывшая девушка.
Я вновь напряг весь организм, чтобы нацедить хоть каплю сил.
– Кто… Вас… Купил? – выдавил я слова из своей онемевшей глотки.
– Не заставляй нас разочаровываться в тебе ещё сильнее, – начал говорить Фёдор, один из моих когда-то лучших друзей. – Мы не в среднебюджетном боевике, где перед смертью героя раскрываются все секреты. Пойми, ты уже труп, но вот стены иногда бывают живыми и могут узнать то, что им не предназначено.
Так и не услышав конкретного ответа, я уронил голову на грудь и попытался провалиться в забытье, но что-то до сих пор держало меня в реальности. Через какое-то время рядом, очень близко, раздался голос. Видимо, кто-то говорил мне прямо в ухо.
– Ты же не будешь против, если мы с Фёдором отработаем на тебе удары? – задал вопрос, на который не требовался ответ, Сергей – ещё один предатель, который был моим вторым лучшим другом. Послышался смех. Два парня, надрывая глотки, хохотали что есть сил. Им было весело. Они победители. Они будут дальше жить. Они продолжат развиваться… Они… Они… Они… Краем сознания я почувствовал боль в локте левой руки. Попытался приоткрыть глаза. Через небольшие щёлочки увидел, как по штанине бежит ручеёк красной жидкости. Рядом с коленом лежала рука со знакомым перстнем. Моим перстнем? Моим перстнем. Моя рука. Ну и хер с ней. Честно говоря, мне уже даже думать было трудно.
Смех стих. Голоса стихли. Последнее, что я слышал, как Лада, моя сестра, кричит, чтобы парни не глумились над телом. Лицемерная сука. Надеюсь, ты сдохнешь в мучениях. Надеюсь, вы все сдохнете в мучениях.
