Оч-нись... Про-сы-пайся... — сквозь рваные лоскуты сознания почудилось мне, словно кто-то пытается достучаться до меня. Слова были обрывистыми, как сигнал старого радио, который то пробивается сквозь помехи, то снова исчезает в шипении. Этот факт меня обрадовал, ведь он говорил о том, что я до сих пор жив. Выкарабкался каким-то чудесным образом из той задницы, в которой оказался. Или всё же нет? Вдруг это просто моя душа плавает в каком-нибудь не особо приятном месте типа чистилища. Правда, эти предположения быстро развеялись.
Холод. Лёгкая боль физического тела. Густой запах пыли. Всё это резко ударило по мозгам, и я понял, что мои мучения, видимо, всё ещё не закончились.
Я попытался пошевелиться. Ничего. Даже той жалкой возможности двигать глазами, что была раньше, не осталось. Только сознание, запертое в теле, которое превратилось в… во что?
Я попытался нырнуть в медитацию, и внезапно это мне удалось сделать без особых проблем. Первым делом провёл инспекцию тела. Рук не было. Никаких. Лишь обрубки, с которыми меня вытащили ренарды из подземелья твердыни Занак. С ногами та же ситуация.
Тело... Кинжала не было. Рана от него зарубцевалась, причём, судя по её состоянию, довольно давно.
Лицо я, как ни странно, чувствовал, но вот сократить лицевые мышцы мне так и не удалось.
— Войд? — без особой надежды мысленно позвал я.
Тишина.
— Церера? - сделал я ещё одну попытку.
Ничего.
Пустота.
Я лежал и пытался осознать, что произошло. Последнее, что помнил — взрыв. Нет, не взрыв. Столб. Столб какой-то... энергии? Да, столб чёрной энергии, ударивший в меня сверху. Он должен был уничтожить всё. И, судя по ощущениям, уничтожил. Но почему-то не до конца.
- Хе-хе... - мысленно хохотнул я. Почему? Да хрен его знает. Может, всё, кукуха свалила от меня окончательно.
Оставалась только надежда, что Войд и Церера не погибли, а просто потеряли связь. Где-то глубоко внутри я чувствовал — не знаю, откуда, — что они живы. И Гвинея. И даже Элиза. Это знание не было магическим, скорее интуитивным. Может, просто отчаяние рисовало мне утешительные картины.
— Ладно, — мысленно прошептал я. — Для начала надо понять, что от меня вообще осталось.
Я нырнул в себя ещё глубже.
- Бл-я-я-ть... - мысленно выругался я.
Ядер не было.
Ни нейтрального, ни пустотного. Те места, где они когда-то находились зияли пустыми полостями. Будто кто-то вырезал их скальпелем, прижигая края, чтобы не кровоточили.
Каналы… Каналы исчезли. Та сеть гипертрофированных магических сосудов, которую мы с Войдом культивировали, расширяли, укрепляли, модифицировали, проращивали - испарилась. Остались лишь рваные, оплавленные концы, похожие на перерезанные кабели.
