Я, блядь, Петрович. И мне, сука, уже похуй на радиацию, на фон и на то, что дозиметр на поясе трещит, как шалава на привале.
Когда западные пидорасы сбросили на нас весь свой арсенал, мир, сука, перевернулся. Москва, Питер, Урал — всё ушло в пепел. Стеклянные пустыни, где даже тени от людей остались на бетоне. Но Сибирь, ёпта, выжила. Тайга, морозы, расстояния и наш сибирский характер — это тебе не хухры-мухры. Мы собрались, объединились, создали Сибирскую Республику. И, сука, мы не просто выжили. Мы нашли то, что перевернет расклад.
Наши башковитые учёные в новосибирских бункерах вывели формулу «Спектра». Простыми словами, фраерок — это полевая пушка, которая жрёт радиацию. Наводишь «Спектр» на заражённый танк, на ящик с патронами, на любую шмотку, и он расщепляет изотопы в ноль. Техника становится чистой. А чистая техника в Зоне — это лавэ, это власть, это жизнь.
Но западным шавкам, этим пиндосам и натовским прихвостням, наш «Спектр» поперёк горла стал. Они, блядь, свои города отчистить не могут, а тут мы им такую диковину под носом крутим. Вот и посылают они свои лучшие группы, элитных вояк, в Красные Зоны — на территорию бывшей Европейской России. Ищут наши установки, саботируют маршруты, режут наших сталкеров.
А мы, бродяги, не прощаем. Я отсидел в зоне ещё до Обмена. Я знаю, что такое беспредел, и я знаю, как за него спрашивать. Теперь моя зона — это радиоактивные руины Урала, а мои мусора — это американские диверсанты.
Я собрал свою малину. Мы ходим за хабаром, за металлом, за деталями для «Спектра». И за головами пиндосов.
Расклад такой: либо ты их, либо они тебя. А я, сука, не из тех, кого закапывают в землю.
Бункер «Точка-7» вонял сыростью, машинным маслом и дешевым чифирем. Я сидел за столом, сколоченным из ящиков от снарядов, и крутил в руках гильзу от тридцатого калибра. Напротив меня, щерясь золотым зубом, сидел Горбатый — местный барыга и по совместительству информатор.
— Петрович, блядь, ты меня слышишь? — Горбатый нервно постучал пальцами по столу. — Говорят, амеры опять шухер наводят. Группа «Дельта» или кто там у них, хрен их разберет. В районе бывшего Свердловска засветились. Идут на наш склад с заготовками для «Спектра».
Я сплюнул на ржавый пол.
— Гонишь, Горбатый. Какой нахуй склад? Там один пиздец и фон в три тысячи ренген.
— Да какой в жопу фон, Петрович! — взвился барыга. — У них, блядь, новые экзоскелеты, герметичные, с фильтрами. Им ваш фон — что мне твоя рожа. Они за металлом идут. За титановыми стержнями. А без стержней «Спектр» не собрать.
