ГЛАВА 1: ПРЕДЕЛ ПРОЧНОСТИ
«Человек осужден быть свободным; осужден, потому что не сам себя создал, и все же свободен, потому что, однажды брошенный в мир, отвечает за все, что делает».
— Жан-Поль Сартр
Бетон застонал. Это был низкий, утробный звук — так жалуется материя, когда на нее давят две целых и восемь десятых тонны.
Артур сидел на полу гаража со скрещенными ногами. Ни один стул в этом мире, даже сваренный из корабельной арматуры, не выдержал бы его веса. Этот ангар на окраине промышленной зоны был его крепостью и его тюрьмой.
Ангар из гофрированного металла делился надвое. С одной стороны — механическая зона с мощным подъемником и пикапом. С другой — скудное жилье: резиновый мат вместо кровати, ящик вместо стола и Стена, сплошь оклеенная вырезками. Весь пол здесь был залит метровым слоем сверхпрочного цемента — это было единственное место на многие мили вокруг, где Артур мог расслабить мышцы и не бояться провалиться в подвал.
В нос бил резкий запах мазута, жженого металла и застарелого пота. С хрипом втягивая воздух, Артур удерживал на коленях огромный тормозной диск от своего пикапа. То, что в обычной мастерской потребовало бы лебедки и двух механиков, он делал голыми руками. Под кожей его изможденного тела скрывались мышцы, спрессованные чудовищной гравитацией до состояния стальных тросов.
Справа от него бормотал старый телевизор. Экран рябил от помех, транслируя рекламный блок, который крутили на всех каналах:
«Устали от тяжести прошлых ошибок? Клиники Элиаса Вейна предлагают полное обнуление теневого индекса! Наша запатентованная процедура безболезненного отсечения подарит вам легкость, о которой вы мечтали. Станьте Пустым. Станьте свободным. Звоните прямо сейчас…»
— И станьте никем, — хрипло процедил Артур, с силой затягивая болт на металле.
Реклама сменилась новостным выпуском.
Голос диктора зазвучал неестественно бодро:
«...Мэр Ричардс, чей теневой индекс остается на эталонном нуле, сегодня утром торжественно открыл Небесный Променад. Мэрия напоминает: вход на стеклянные уровни доступен только гражданам с показателем до пяти теней. Лица со статусом „Грузных“ обязаны придерживаться желтых навигационных линий. За повреждение брусчатки предусмотрен штраф и немедленная депортация в транзитные зоны…»
От резкого движения рук темная сетка глубоких трещин, покрывавшая тело Артура, болезненно вспыхнула изнутри. Золотистый, пульсирующий свет заскользил по его коже от запястий до шеи в такт сердцебиению. Искусство Кинцуги1[1]. Только вместо разбитой керамики здесь была сломанная жизнь. Четырнадцать тысяч теней. Уникальный предел. Большинство Грузных исчезали из реальности, не набрав и пяти тысяч, но тело Артура мутировало, отказываясь сдаваться.
