Глава 1. «Последний клиент»
---
1.
Кайл Рейган стоял у стены уже сорок семь минут.
Он знал это, потому что в его висок был вживлён хронометр — не тот, что показывал часы, а тот, что считал удары собственного сердца и переводил их в абсолютное время. Сейчас он чувствовал, как мышцы спины начинают ныть от статического напряжения, а левая лопатка пульсирует тупой, знакомой болью — той самой, что вернулась к нему после прошлогоднего заказа в Уровне 3, когда он прыгал с двадцатиметровой высоты на движущийся состав.
Он не шевелился. Не моргал. Не дышал слишком глубоко.
Потому что он был профессионалом.
И потому что если бы он повернул голову хотя бы на сантиметр, он бы увидел их лица. А увидев их лица — запомнил бы их. А запомнив — не смог бы спать ещё три недели.
Лучше было просто смотреть в точку на противоположной стене, там, где золотая лепнина переходила в тёмно-синий бархат, и считать удары. Семьдесят два в минуту. Норма. Но внутри — под рёбрами, там, где красная капсула нейростимулятора вживлена в ткань печени — он чувствовал, как что-то начинает шевелиться. Как старый зверь в тесной клетке пытается распрямить лапы. Зверь по имени инстинкт.
Этот вечер был неправильным с самого начала.
Сначала — заказ. Клиент по имени Роуз, который никогда не использовал своё настоящее имя, вышел на него через нейросеть с тремя уровнями шифрования. Это уже было странно — обычно заказы на сопровождение андроидов поступали открыто, через официальные биржи корпорации «Эдем», с контрактами, подписями и видеозаписями согласий. Здесь не было ничего.
Только голос. Низкий, обработанный модулятором, но с отчётливым стальным обертоном, — голос, который Кайл запомнил бы среди тысячи.
«Четыреста тысяч. Половина сейчас, половина после. Ты провожаешь шесть единиц модели "Элоиза-7" из доков в "Хрустальный улей". Встречаешь их в 22:00. Ждёшь, пока клиенты закончат. Отвозишь обратно. Если кто-то попытается украсть или повредить — ты ломаешь им руки. Если кто-то попытается сбежать — ты ломаешь им колени. Вопросы?»
Кайл тогда не задал ни одного вопроса. Потому что четыреста тысяч — это был его личный рекорд. Три таких заказа — и он мог купить новую печень. Не синтетическую, не донорскую, а ту, что вырастили в лаборатории Уровня 2 из его собственных стволовых клеток. Чистую. Здоровую. Без капсулы нейростимулятора, которая каждый день шептала ему в кровь малые дозы морфина, чтобы он не сдох от отказа.
Он согласился.
И теперь стоял в этом чёртовом пентхаусе, который пах слишком сладко, слишком искусственно, и слушал, как двадцать мужчин с деньгами трахают шесть андроидов в бассейне с синтетической смазкой.
