От автора
Ну, что. Вы думали, я больше так не сделаю?
Те, кто со мной с начала, помнят второй том и книгу внутри книги. Тогда кто-то в комментариях написал, что автор окончательно сошёл с ума. (я это удалил. Ну, а че он)
Новость: автор поехал дальше. Добро пожаловать в Том 6.1.
Пока Аристарх выживает на острове, бьёт крокодилов дубиной и знакомится с девушками, которые кричат на него по-китайски, — мир продолжает жить. Жены дышат (некоторые — с трудом). Дориан считает секунды. Империя задаёт вопросы. Старые знакомые, которых вы могли подзабыть, напомнят о себе. И события, которые здесь произойдут, потянут за собой последствия в будущих томах.
Эта книга идёт параллельно шестому тому. Где-то будет отставать от его событий, где-то догонит, где-то пойдёт вровень — поймёте по ходу чтения. Основная линия повествования — Дориан. Несколько глав будут отданы женам. Вместе они покажут то, что осталось за кадром, пока камера следила за Аристархом.
Важное: эта книга необязательна к прочтению.
Том 6.1 — для тех, кто хочет погрузиться глубже. Кто хочет знать, что происходило, пока Аристарх был один. Когда он вернётся к своим, ему расскажут — коротко, в два-три абзаца, самую суть. Пересказывать этот том целиком в будущих книгах, я не стану. Какие-то нити отсюда всплывут позже, какие-то герои появятся снова, но полная картина — только здесь.
Кто хочет краткую выжимку — ждите седьмой, восьмой или девятый том. Там будет достаточно, чтобы не потеряться.
Кто хочет полную — вы на месте.
Поехали.
*****
Семь.
Цифра пришла раньше боли и сознания, раньше всего остального. Она просочилась откуда-то из глубины черепа, где мозг хранит те вещи, которые работают без разрешения, и встала перед закрытыми глазами чётко, крупно, как строчка приглашения, напечатанная золотым тиснением по чёрной бумаге.
Семь секунд.
Столько я провёл без сознания. Я знал это с такой уверенностью, с какой знал, что левая манжета моей рубашки сейчас расстёгнута, потому что холод металла запонки касался внутренней стороны запястья там, где не должен был касаться, а это означало, что механизм крепления разошёлся при падении, и запонка держалась только на нитке, которую я подшил три дня назад вручную, потому что казённый шов не выдерживал проверку на разрыв. Три дня назад, когда подобные вещи ещё входили в список дел, достойных внимания.
Глаза открылись.
Красный свет. Луна залила палубу оттенком, который ни один приличный светильник никогда бы не позволил себе выдать в помещении, где находятся люди. Свет ложился на мокрые доски, на тела, на чёрную жижу, покрывавшую палубу от бортов до надстройки, и в этом свете всё выглядело одинаково бесформенным, лишённым структуры, правил, порядка. Идеальная декорация для того, чем эта палуба и являлась, — места, где всё пошло к чертям.
