ГЛАВА 1
Над верхушками сосен светила луна. Здоровая, жёлтая, не оставлявшая воображению места для фантазий. Хотя какие фантазии могут быть ночью на кладбище? Только грубая реальность: одинаковые плиты надгробий, подстриженная травка и редкие деревья. Машины мы оставили за символической оградой максимально близко к главному крестоносному памятнику: другого входа в подземелье я не нашла, все остальные были забетонированы, а шахты затоплены.
Пришлось намотать немало километров по окрестным лесам с местными кладоискателями, представившись столичной журналисткой. Я выслушала море ненужной информации про курганы дохристианской эпохи, поля отрицательной энергии и масштабную подземную стройку, затеянную немцами на оккупированной территории, которую, между нами, освободили уже в сорок третьем.
Всё это могло и не быть бредом, если б энтузиасты не пытались свести к единой теории кучу разрозненных фактов. К тому же теорией я не занималась. Мне платили за практику. Центральный обелиск кладбища стоял в круге мемориальных плит с именами погибших немцев. Это был гранитный крест на основании из замшелых камней (единственный крест на всём кладбище). Самый нижний уровень основания, образовывавшего некое подобие пирамиды, я оценила примерно в два с половиной на два метра. Осматривала его при дневном свете и ничегошеньки не нашла. Но сейчас между несколькими камнями на грубых сколах стали заметны полированные участки (луна тут была не при делах, я включила фонарь).
– Ну что, ну что там? – парни вокруг заволновались, словно я сейчас, как фокусник, достану им золото из-под земли.
– Как там – не знаю, – сквозь зубы выдала я, – а тут… всё просто.
Пальцы сами встали на нужные места. Пришлось надавить, как следует надавить, но после едва слышного щелчка обелиск повернулся легко и совсем бесшумно, как будто дверь на хорошо смазанных петлях. Умеют немцы строить, ничего не скажешь. Пока пирамида с крестом отъезжала в сторону, наша не слишком дружная команда на удивление слаженно отшагнула назад.
– У вас получилось! – едва не задохнулся от волнения старичок-историк. – Вы вскрыли бункер!
– Дедуль, прикуси язык, – оборвал его суеверный Стас – лось под два метра ростом, и его кореша согласно загомонили. – Про «получилось» скажешь, когда в Москву с кладом вернёмся. Герда, вперёд.
Дедуля-академик, который и втравил нас всех в поиски сокровищ, взглянул на парня со странным выражением – смесью страха и превосходства – и промолчал.
Я хмыкнула и подошла к открывшейся шахте. Под обелиском был спрятан бетонный колодец с добротной металлической лестницей, уходившей далеко в глубину. Там, конечно, было неприятно, но опасности – для меня и сейчас – никакой. Зато в спину словно бы пялился кто-то невидимый, очень мерзкий и будто неживой. Я передёрнула плечами, стряхивая отвратительное ощущение, и повернулась к Витьке.
