Ксанф Хвощ не любил слово «труп». Оно было слишком человеческим. Слишком сухим для мира, где всё происходит в толще воды. Здесь говорили «остывшая», «поплывшая вверх брюхом» или, если хочешь быть вежливым, «перешедшая в осмос». Но когда в восемь утра, на первой чистке цикла, он засунул резиновую перчатку в заборник фильтра третьей секции, то понял: это труп.
Он проработал чистильщиком в «Жемчужной лагуне» четыре года, три месяца и двенадцать дней. За это время он вытащил двадцать три мёртвых рыбы, девять улиток, одного креветка-отшельника и детскую игрушку «Непотопляемый Боб», которая забила помпу и едва не затопила магазин электроники «Эльдорадо» на первом этаже. Но такого он ещё не видел.
Тело застряло в решётке так, будто его специально просунули с другой стороны. Крупная самка скалярии, возраст около пяти лет, серебристая с чёрными полосами — породистая. Брюшные плавники аккуратно сложены, глаза открыты, но внутри жабр — что-то белое, похожее на налёт. Ксанф потянул за хвост. Тело не поддавалось. Тогда он перерезал решётку спецкусачками — тихий щелчок, металл поддался — и вынул рыбу целиком.
В этот момент он допустил ошибку. Ему следовало вызвать аквариумную полицию. Есть протокол: любая смерть в коммерческом аквариуме объёмом более 40 000 литров — расследование. Но Ксанф был из тех, кто чистит тихо. Кто не задаёт вопросов. Он засунул тело в чёрный мешок для биологических отходов и поплыл в техническую зону.
По пути мимо проплыла стайка неонов — сине-красные вспышки, как праздничная гирлянда. Они не обратили на него внимания. Рыбы никогда не обращают внимания на чистильщика. Это была его суперсила и его проклятие.
Техническая зона находилась за декоративной стеной «Затонувший храм майя». Люк был замаскирован под жертвенный камень. Ксанф знал код: 1809 — год рождения аквариумистики как науки. За люком начинался лабиринт труб, отстойников, нагревателей и ламп УФ-стерилизации. Там пахло озоном и старым пластиком. Там не было растений. Там не было жизни. Только шум воды.
Он положил мешок на стол для вскрытия — мраморную плиту, оставшуюся ещё с тех времён, когда в этом здании была мясная лавка. Ксанф знал эту историю: торговый центр «Жемчужная лагуна» открыли в 1998-м на месте скотобойни «Красный луч», которая работала с 1965-го. Бойню закрыли из-за вспышки ботулизма. Говорили, что под фундаментом до сих пор есть слой жира, который не разлагается.
Он разрезал мешок. Тело скалярии лежало на боку. Ксанф надел очки с увеличением — старый армейский рефлекс, неистребимый. Он служил в полиции коралловых рифов до того, как ему перебили челюсть в перестрелке из-за контрабанды цианида. Тогда он был лейтенантом Хвощ, лучшим следователем по манящим крабам. Теперь он просто чистильщик.
