Пролог. 125 метров до дна
Знаете, что самое отвратительное в абсолютной темноте? Она не просто лишает вас зрения. Она заставляет мозг паниковать и генерировать фантомы. Но сейчас мне не до галлюцинаций. Сейчас я слышу, как воздух с воем разрывается на части. Я слышу, как мое собственное сердце колотится о ребра, словно сбитый с толку барабанщик, впервые севший за установку. И еще я слышу гул. Низкий, утробный, вибрационный стон механизмов, которые не знают, что такое жалость.
Я падаю.
И нет, это не та романтичная, замедленная голливудская сцена с перьями и философскими монологами за кадром. Это падение по законам термодинамики и гравитации. Как мешок с мокрым цементом, который швырнули в ржавый вентиляционный люк.
Холодный металл капсулы, в которой меня заперли, впивается в позвоночник. Воздух здесь тяжелый. Он пахнет озоном, старой ржавчиной и чем-то сладковато-гнилым. Словно кто-то оставил ведро с мокрой тряпкой в закрытой серверной лет на тридцать.
Что было последним, что я запомнил? Свет. Дешевая, противно мигающая светодиодная лампа в зале суда. И лицо судьи. Честное слово, оно было таким сухим и безжизненным, будто его забыли в микроволновке на режиме «разогрев». Он ударил молотком, его губы шевельнулись, выталкивая в воздух приговор. Но я не услышал слов. В ту самую секунду мой мозг, словно старый роутер, просто моргнул лампочкой и ушел в жесткую перезагрузку.
Кто я? Алексей. По крайней мере, так написано выцветшим маркером на лоскуте ткани, пришитом к моей грубой робе. Что я сделал? Понятия не имею. Папка с моими «преступлениями» в голове старательно отформатирована. Ни мотива, ни жертв, ни алиби. Чистый лист, густо замазанный чернилами амнезии.
Но я точно знаю, куда меня отправляют.
«Тихий город». Или, как его ласково называют те, кто придумал эту мясорубку, — «Преисподняя». Сто двадцать пять метров под землей. Бетонный аппендикс планеты, у которого есть только вход. Выхода не существует.
Ходят слухи, что местные жители — те, кто родился в этой сырой темноте среди ржавых труб и пещер, — считают нас, падающих с неба, божествами. Они ждут нас, чтобы жадно внимать историям о солнце, о ветре, о мире, который они никогда не увидят. Забавный парадокс, не находите? Они молятся на нас, хотя наверху, под лучами того самого солнца, мы считаемся мусором. Отбросами. Теми, кого общество решило не лечить, не исправлять, а просто спустить в унитаз и нажать на слив. Маньяки, убийцы, хакеры, сломавшие не те сервера, и… такие вот «потеряшки», как я.
Я почти физически ощущаю, что происходит там, наверху. В комфортабельных лофтах с панорамными окнами. Пробки вылетают из бутылок дорогого шампанского, сигарный дым стелется по коврам ручной работы. Сильные мира сего, безопасные и сытые, делают ставки.
