Стол в избе Андрея (уже не "хижине", а центре управления, куда приходили и Гостомысл, и новые мастера) был завален обрывками бересты и кусками гладкой кожи. За ним сидели трое. Трое разных миров. Гай Валерий, римский инженер в заляпанной углем тоге, которую он носил с гордостью сенатора. Вульф, немецкий кузнец-калека, возвышающийся горой мышц, с опилками в бороде. И Андрей, агроном из XXI века.
Спор шел не о золоте, не о женщинах, не о политике. Спор шел о Огне.
— Печь должна дышать! — Вульф ударил своим огромным кулаком по столу, заставив подпрыгнуть чернильницу. — В наших лесах, в Маркомании, мы строим горн высоко. Шахтой. Воздух входит снизу, огонь идет столбом. Он схватил уголь и грубо нарисовал высокую башню. — "Домница". Если сделать ее широкой — она задохнется. Огонь сдохнет в центре, и у тебя останется холодный камень. Нужна Тяга! Гай Валерий посмотрел на рисунок с нескрываемым римским скепсисом. — Это варварская яма, поставленная вертикально, Вульф. Твоя башня сожжет топливо за час, а тепла в тигле будет ноль. Тепло улетит в трубу, греть птиц. Инженер изящно начертил рядом свою схему. — Рим строит Арку. Свод. Купол. Он нарисовал "печь-улей", похожую на термы в разрезе. — Огонь должен циркулировать. Он ударяется о купол, отражается вниз, прямо в ванну с песком. "Реверберация", мой мохнатый друг. Только так можно получить 1200 градусов равномерно, а не точкой. Мы так обжигаем кирпич в легионах. И так мы строим гипокауст.
Вульф хмыкнул. — Красиво на картинке, римлянин. Но ты забыл одно. Здесь не Капуя. Угля каменного нет. Есть дрова и древесный уголь. Они горят не так жарко, как ваша вулканическая пыль. В твоем куполе дым встанет колом. И будет "Пшик".
Андрей слушал их, потирая лоб. Он понимал: оба правы. И оба ошибаются. Римская печь экономична, но требует хорошего топлива и идеальной кладки. Немецкая "домница" дает жар, но она нестабильна и жрет ресурс. А ему нужно плавить стекло. Стекло требует долгойвысокой температуры. Не рывка, а марафона. И ему нужно варить его в закрытых горшках — тиглях, чтобы зола от топлива не попала в смесь (иначе стекло будет мутным и грязным).
— Ни то, ни другое, — сказал Андрей. Он взял уголь и начертил новую схему. Гибрид. Основа — от Гая. Горизонтальная камера, перекрытая низким сводом. Арка. Это отразит жар. — Свод держит температуру, Гай прав, — кивнул Андрей. — Ха! — римлянин победно вскинул подбородок. — Но! — Андрей нарисовал трубу не сверху, а сбоку, с сужением. — Вульф прав про тягу. Просто так горячий воздух не пойдет, если камера широкая. Он застрянет. Нам нужно его
