Глава первая: Искупление в стерильных тонах
Глубокая сибирская тайга умела хранить секреты. Вот и личная лаборатория профессора Кюгера, казалось, нашла в ней надёжное укрытие. В главном зале лаборатории пахло антисептиком и чем-то неуловимо сладким – жидкостью, в которой созревало будущее. Свет старых добрых галогеновых ламп щедро заливал помещение, а приборы и инструменты были расставлены с маниакальной аккуратностью.
Профессор Николас Кюгер с нежностью коснулся холодного стекла резервуара. За десятилетия в науке он научился превращать чужие страдания в звонкую монету, продавая военным формулы, которые лучше было бы сжечь. Но Адам не проект и не заказ. Это его тайное покаяние – единственный шанс оставить после себя не кровавые отчёты, а шанс всё исправить. Возможность дать людям сгинуть как вид и возродиться другими.
– Думаю пора, сынок, – с улыбкой сказал профессор. И с его губ это сорвалось так естественно, словно и правда отец воспитал сына: играл, водил в школу, общался с ним каждый день.
На мониторах заплясали кривые пульса, будто Адам реагировал на слова отца. Не человек, не клон, а биологический организм, выращенный из уникального клеточного материала, добытого в зоне падения Тунгусского метеорита. Десятки лет Кюгер расшифровывал эту симфонию генетического кода. Но результат появился только тогда, когда профессор добавил недостающие кусочки из своей собственной ДНК. С того момента прежний Кюгер исчез навсегда.
Внезапный стук каблучков по кафельному полу заставил профессора резко отпрянуть от резервуара. Дверь отъехала, впуская Елену – помощницу профессора. Она вошла, не отрываясь от планшета. Её лицо выражало лишь скуку и нетерпение человека, который считает дни до конца вахты.
«И где только я нашёл эту рыжую проныру?» – промелькнула у Кюгера мысль. Хотя сейчас он уже точно знал, что подойдёт ему как раз только такая.
– Профессор Кюгер, инвесторы запрашивают спецификацию по расходу биомассы. Опять перерасход. Требуют обосновать прямо сейчас. Это нормально вообще подобное требовать? Они грозят урезать финансирование. – Она наконец подняла глаза и осеклась.
Стекло резервуара с тихим треском пошло паутиной.
– Финансирование, будь оно не ладно, – горько усмехнулся Кюгер. – Если бы я только мог обойтись без их нулей. – Профессор цокнул и покачал головой. Неужели он за всю жизнь так мало заработал? – Посмотри, Леночка! Все эти нули сейчас превратятся в бесконечность.
В подтверждении его слов тяжелое стекло с грохотом осыпалось, и жидкость хлынула на пол. Система безопасности взвыла, запечатывая двери гермозатворами. Елена отскочила к стене, но всё равно промокла. Профессор же стоял не шелохнувшись.
