1851, январь, 3. Казань
– Пожар! Пожар! – закричал кто-то на улице, отчего Лев и проснулся.
Рядом сопела супруга, снова беременная. С этим он не медлил – процесс-то приятный и жена красивая. Так что, стараясь её не разбудить, он осторожно встал, чтобы оглядеться, и сразу приметил какие-то отблески в окне со стороны университета.
Решительным шагом подошёл к окну и, накинув подхваченный по пути тёплый халат, вышел на балкон. Поёжился. Чай, не май-месяц. Зато отсюда стало хорошо видно – какой-то из корпусов университета занимался огнём. А внизу прямо по снегу в ту сторону бежал братец Митя. В своём халате и тёплых домашних тапочках.
– Вот безумец! – ахнул Лев.
Вернулся в комнату, прикрыв за собой дверь.
– Что случилось? – сонно потянувшись, спросила Наталья, которая всё же проснулась.
– Университет горит, – сухо ответил муж, быстро одеваясь.
– ЧТО?! Но как?!
– Самому интересно. Кажется, медицинская лаборатория. Митя как спал, так и рванул туда, чуть ли не в исподнем.
– Боже…
Минуты через две, застёгивая последние пуговицы, Лев Николаевич спустился в холл, где собирались уже многие обитатели особняка. Накинул шубу с шапкой. И во главе этого импровизированного отряда направился следом за братом – к пожару.
Где-то вдали зазвенел колокол.
Это на главной каланче, заприметив огонь, поднимали дежурную команду. После того страшного пожара, когда чуть весь город не выгорел, в этот вопрос вложились.
Хорошо так.
Душевно.
Башню кирпичную построили высокую, с постоянным остеклённым постом наблюдения. И с колоколом особой тональности – весьма мерзкой. Не перепутаешь. А у основания башни возвели пожарную часть с круглосуточным дежурством.
Все «кареты пожарные» представляли собой простые фургоны с бочками и помпами. Плюс четыре места для пассажиров. Инструменты всякие вроде багров, ломов и топоров. Сборные лестницы. А у самих бойцов – каски защитные и одежда подходящая.
Вот.
Таких расчётов утвердились держать дюжину, меняя на них людей по графику «сутки через трое». Совокупно с прочими – полторы сотни сотрудников! Но для растущего города, который уже перевалил за семьдесят тысяч[1], это не выглядело перебором. Граф даже настаивал на том, чтобы увеличить штат, но губернатор пока держался, не видя смысла в том, чтобы тратиться ещё.
Так или иначе, когда Лев Николаевич со своими людьми подошёл к горящему зданию медицинского факультета, туда уже стали подъезжать пожарные экипажи.
Огонь же занимался всё сильнее.
– Не спасти, – покачав головой, произнёс командир смены.
– На другие корпуса огонь не перекинется?
