Бури в этом году бушевали особенно «яростно», правда, были заметно короче.
Крупный град молотил в толстое стекло офиса и вместе с порывами ветра заставлял крепкие рамы едва заметно поскрипывать.
Казалось, еще немного и эти стихии проломят сверхпрочное стекло, способное выдержать пистолетную пулю. Пистолетную – да, но кто будет стрелять из пистолета в окно Сорок Второго этажа?
Теперь здесь был новый офис Харви Флексита, и он стоял, сунув руки в карманы, и смотрел на город, который не прекращал свой суетливый бег даже на пике мощи бури. Ну, а что? Все давно привыкли. А вот приезжие, случалось, бывали очень удивлены.
Харви приходилось видеть удивленные лица визитеров, которых ему выпадало сопровождать по улицам Феймарка, в момент, когда их заставал очередной шквал посреди ясной и теплой погоды.
Но это была расплата за теплый климат. Даже зимой в их регионе температура днем не опускалась ниже двенадцати градусов. Не то, что дальше – в глубине материка, где зимой был снег и все, что полагается.
В те годы он всегда носил с собой сумку с парой плотных плащей – специально для гостей, поскольку иногда им хотелось пройтись по улицам, оценить обстановку. Посмотреть, как одеты люди, чтобы в конце концов, определить их платежеспособность.
Это было время, когда в Феймарк текли криминальные инвестиции. В игорный бизнес, массажные салоны, тотализатор и дорогие клубы, где можно было сбывать разные бодрящие таблетки.
Визитерам все нравилось, они уже присматривали, куда сбросить денежки и вдруг – бац, буря!
И несмотря на быструю помощь Харви как сопровождающего лица, который тотчас накидывал на гостя защитный плащ, безупречного вида их обуви было уже не спасти.
Часть гостей после этого «сдавала назад», отправляясь в гостиницу и дальше – в аэропорт. Другие оставались и, надо сказать, впоследствии не пожалели. Город стремительно рос, развивался, и населению требовались развлечения.
Шквал ударил в окна в последний раз и поддаваясь напиравшему солнечному теплу, начал убегать на северо-восток, сбрасывая последние заряды уже в предместьях.
Флексит вздохнул и, машинально поправив галстук, вернулся за стол, где среди стопок бумаг ему предстояло задержаться до полуночи.
Многое приходилось делать самому. Вот хотя бы разбирать донесения агентов, которых у него набиралось уже с полсотни.
Было время, когда ему требовалось больше информации, и он вербовал, вербовал и еще раз вербовал.
Теперь-то уже ценность, да и активность многих агентов заметно снизились. Однако он продолжал им платить по минималке, даже когда они молчали и пропускали отчетные периоды.
