Алиса Кингстоун
Забытые сказки
По ту сторону зеркала
Все тексты и иллюстрации, представленные в этой книге, защищены авторским правом.
Копирование, распространение и использование материалов книги полностью или частично без разрешения правообладателя не допускаются.
Все персонажи, события и образы в книге являются художественным вымыслом. Любые сходства с реальными людьми или персонажами других произведений являются случайными и не имеют намеренного характера
Моему дорогу сыну:
Помни, не обязательно быть сильным, чтобы быть храбрым. Даже если мы будем далеко друг от друга, мы с папой всегда будем твоём сердце, а ты, в наших.
С любовью, мама.
Эта история не о сказках.
Она о том, что мы теряем, когда перестаём в них верить
Глава первая
О Петербурге, княжеской тайне и зеркале, которое нельзя было оставить без присмотра
Петербург, 1912 год.
Зимой город выглядел особенно торжественно – словно сам знал, что хранит слишком много тайн, чтобы позволить себе быть обычным. Купола дворцов скрывались в морозной дымке, Неву сковал лёд, а в залах власти по-прежнему принимались решения, от которых зависели не только судьбы людей, но и судьбы миров.
В царской семье говорили тихо. Не потому что боялись – а потому что некоторые имена и события нельзя было произносить вслух.
Прошло пять лет с тех пор, как исчезла Анастасия.
Официально – трагедия. Неофициально – тайна, о которой знали лишь немногие.
Князь Николай Второй не позволил миру сделать вид, будто этого не случилось. Он слишком хорошо знал: бывают потери, которые не исчезают со временем, а лишь уходят глубже.
Именно по его приказу были собраны семеро – лучших гвардейцы, верные до последнего вздоха. Их не провожали с фанфарами. О них не писали в газетах. Их путь не должен был существовать.
Они шагнули в зеркало.
О зеркале и пророчестве. До шага в неизвестность
Зеркало не было создано в России.
Оно появилось задолго до того, как в Зимнем дворце заговорили о сказках всерьёз. Его привёз человек, имя которого не сохранилось ни в одном архиве. Он говорил мало, но знал слишком много – о мирах, существующих рядом с нашим, и о дверях, которые открываются не каждому.
Зеркало не было дверью. Оно было границей.
Создатель зеркала понимал: если такая вещь останется там, где принимаются решения, она рано или поздно станет оружием. Поэтому вместе с зеркалом он оставил свёрток – старую бумагу, исписанную неровным почерком, будто строки писались в спешке, между мирами.
В этом свёртке было пророчество.
Оно не говорило о царях и войнах. Оно говорило об одном мальчике.