# Испытание изобилием
## ЧАСТЬ I. ДАР
### Глава 1. Как собралась команда
Клауса Адам знал ещё с того возраста, когда дружбу не выбирают, а просто живут в соседних домах. Их матери здоровались во дворе, отцы вместе чинили забор между участками, а сами они годами гоняли мяч на пустыре за гаражами, пока не выросли и не разошлись — один в физику, другой на настоящую АЭС инженером-эксплуатационником.
Встретились они снова случайно, на дне рождения общего знакомого, спустя семь лет.
— Ты всё ещё возишься с формулами? — спросил Клаус, протягивая ему пиво.
— Ты всё ещё думаешь, что формулы — это «возня»?
— Я думаю, что теория без рук вроде меня — это просто красивый доклад на конференции. Без обид.
— Не обиделся. Кстати, о конференциях, — сказал Адам. — Через месяц одна будет. Про новые материалы. Поехали.
— Не могу. Смена. — Клаус пожал плечами, будто это всё объясняло. — Позвони мне после, расскажешь, что там было интересного. Только без пафоса, пожалуйста, сразу к сути.
Он оказался человеком слова: звонки стали еженедельными, и каждый раз Клаус слушал молча, а потом задавал два-три вопроса — всегда практических, всегда неудобных: а что с допуском по температуре, а кто будет обслуживать, а сколько это будет стоить в реальном производстве, а не в лаборатории.
На саму конференцию — «Наука будущего», с крикливым баннером над сценой: «Нет неизвестности — есть неизученное!» — Адам поехал один. В перерыве между докладами он неудачно облился кофе из автомата и, ругаясь, полез за салфетками, когда рядом раздался голос:
— Вы всегда так эффектно появляетесь на конференциях, или это первый раз?
Он поднял голову — женщина без капли косметики на лице, с блокнотом, исписанным настолько плотно, что поля не оставили ни сантиметра.
— Первый, — соврал он. — Обычно я обливаюсь чаем.
Она не улыбнулась в ответ, просто кивнула на сцену:
— Слышали доклад про деградацию решёток под нейтронным потоком?
— Слышал. Скучно было.
— Мне тоже. Они всё меряют в мегапаскалях, будто материал — это просто число. А если спросить его по-другому?
Это была Лена. Она говорила коротко, по делу, без лишних слов — и это Адаму почему-то сразу понравилось больше, чем любая красивая формулировка. Дальше они проговорили весь обеденный перерыв, а потом ещё вечер в баре гостиницы, и ни один не заметил, как за столом появился третий — худой, взъерошенный парень, который сначала просто слушал, а потом влез в разговор с такой уверенностью, будто был здесь с самого начала.
— Извините, я случайно услышал. Вы про решётку Ковальски-Танаки, да? Я про неё месяц назад всё уже посчитал, просто никто не отвечает.
