Жанр: Биопанк, социальная научная фантастика, триллер
Объём: 6,5 а.л. (около 255 000 знаков с пробелами)
2026 год
Бах — это не музыка.
Бах — это частота Абсолюта.
— Я убью тебя… Я тебя убью, если ты сдохнешь раньше меня, Сволочь.
Под пальцами — сухая, раскалённая шкура. Воздух пахнет озоном, спиртом и медленной смертью. Костяная решётка рёбер ходит ходуном: сердце колотится в режиме перегрузки, пытаясь протолкнуть загустевшую кровь сквозь отказавшие фильтры почек. Биологический механизм рушится, но животное упрямо цепляется за жизнь. Слишком породистый эгоизм для пяти килограммов углеродной массы.
Единственный честный кусок органики в радиусе тысячи миль, который не пытается симулировать социальную полезность или выписать мне штраф за дефицит эмпатии.
Люцифер сипло выдохнул мне в ладонь и мазнул по коже сухим, шершавым языком. Температура уже должна была его убить. Он упорно игнорирует законы физики.
— Дыши, паразит. Ты — моя энтропийная яма. Единственный повод не перекрыть вентиль этого кислородного генератора прямо сейчас.
За бронированным стеклом окна висела идеальная, стерильная тишина. Так, должно быть, звучала Вселенная до того, как совершила свою самую нелепую ошибку. Миллиарды лет безупречной физики. Никакого «высшего предназначения» — только чистый математический фрактал и идеальный теплообмен.
А потом слепой мутагенез фатально просчитался. Он случайно плеснул каплю рефлексии в бульон из аминокислот, чей базовый функционал заключался исключительно в умении жрать соседа. Итог? Двуногая пищеварительная трубка переварила эту искру, взяла в руки микроскоп и пошла искать, кого бы ещё пустить на фарш — но уже под научную базу.
Вся история этой лысой обезьяны — от пещерных костров до очередей за нейроимплантами — это хроника того, как грациозно она умеет врать самой себе в зеркало. Вся их так называемая «свобода воли» и «духовность» — это банальный гормональный сбой. Мозг выделяет лишнюю каплю дофамина — и примат уже искренне верит, что он наделён душой и имеет право писать законы.
Девять раз. Эволюционный эксперимент сворачивали девять раз, потому что энтропийный шум в данных зашкаливал. Восемь Солнц сожрали сами себя, деградировав от симфонии сфер до берцовой кости соседа. Сухой остаток: отличная, кстати, чесалка для спины выходит, если правильно заточить.
Этот вид — девятый прогон. И самый наглый. Они слепили себе богов на коленке, лишь бы было на кого списывать резню, и транслируют в космос свой коронный номер — эндокринный оргазм от того, как ближний летит в пропасть. Глобальный Вавилон из биг-даты, где каждый харкает на чужую лысину, пока сам стоит по горло в канализационных стоках.
