Алиса Ветрова — частный магический следователь с лицензией, но без гроша в кармане. Она цинична, практична и привыкла выживать в мире, где магия — это бизнес. Её дар — «чтение теней»: она видит эмоциональные отпечатки, оставленные людьми на предметах. В быту Алиса — полная катастрофа: квартира в арендованном подвале, долги за магическое освещение и вечно голодный фамильяр-кот, который требует корма премиум-класса.
Второстепенные персонажи:
Тимофей Северов — хранитель Библиотеки теней, высокомерный, красивый и невыносимо правильный. Его магия — работа с «живыми книгами», которые хранят память умерших. Отношения с Алисой строятся по классической схеме «от неприязни до симпатии».
Кот Бакс — фамильяр Алисы, говорящий (но делает это исключительно с сарказмом) и требующий гонорар за каждое раскрытое дело. Источник бытового юмора и циничных комментариев.
Григорий Тенев — убитый библиотекарь, чей призрак застрял в книжном лабиринте. Он язвителен, пафосен и ужасно недоволен тем, как его убили.
Полковник магической полиции Верещагин — уставший от жизни служака, который воспринимает любое убийство как личное оскорбление своего покоя.
**Часть I. «Тень сомнения»**
Глава 1. Где моя метла, или Выходные в подвале
Если бы мне кто-нибудь сказал лет пять назад, что я буду сидеть на чемодане в сыром подвале, слушать, как капает вода где-то за стеной, и пересчитывать оставшиеся медяки на корм коту, — я бы рассмеялась этому человеку в лицо. А потом, возможно, закатила бы ему небольшую бытовую порчу — так, чтобы у него неделю чесалась левая пятка. Но шутки шутками, а реальность оказалась куда прозаичнее.
Меня зовут Алиса Ветрова, и я магический детектив. Частный. Лицензированный. С тремя выговорами от магической полиции за «излишнюю инициативу» и счётчиком задолженностей, который рос быстрее, чем плесень в моём холодильнике. Холодильник, кстати, магический, но работать на одном энтузиазме отказался ещё месяц назад, и теперь я хранила продукты (точнее, одну пачку засохшего сыра) в зачарованном ящике, который когда-то служил для хранения улик. Улики я съела, ящик продолжал ворчать.
— Алиса, — раздался голос с дивана, который был единственным предметом меблировки в этом «апартаменте». Голос принадлежал моему фамильяру, коту Баксу. Бакс был крупным, рыжим, с наглыми зелёными глазами и привычкой комментировать каждый мой шаг. — Ты уже решила, где мы будем ночевать, когда нас выселят через пятнадцать минут?
— Не выселят, — бодро соврала я, застёгивая молнию на чемодане. — Я дала магу-управляющему обещание.
