ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ВОЗВРАЩЕНИЕ
Он сидел в командирском кресле и, закрыв глаза, слушал, как глухо бьется в груди сердце. Тихо жужжали приборы на панели, в рубке летал легкий запах озона, космический корабль постепенно выходил из спящего режима.
Шел сто пятьдесят первый абсолютный год межзвездной экспедиции. Они уже возвращались домой, на Землю, из звездной системы Тау Кита. Возвращались, везя с собой бесценный груз редких минералов, металлов и веществ, которым еще не было места в периодической таблице элементов.
От ученого, именем которого была названа периодическая таблица, их отделяли века абсолютного времени. Века, за которые человек освоил космос, покорил Солнечную систему и покинул свою космическую колыбель, положив начало бесконечному путешествию среди миллиардов звезд Вселенной.
Первая и вторая межзвездные экспедиции – 150-летки разведывательных миссий. Исполинские корабли, снаряженные по последнему слову техники, с двигателями, работающими на темпоральных частицах, неумолимо разрушали релятивистское смещение времени. Сотни лет, проведенных снаружи, десятки – проведенных внутри.
Когда они вернутся, их будут встречать далекие потомки земной цивилизации.
Какой она будет, эта Земля? Будут ли на ней цвести райские сады или планета окажется безжизненной пустыней?
Сейчас ответа им не узнать, можно только гадать. Работа двигателя в подпространстве, за гранью сингулярности, исключает любые способы обмена информацией с объектами, находящимися за пределами корабля.
Отъехала в сторону дверь входного шлюза, командир открыл глаза и посмотрел на вошедшего – старшего помощника Родиона.
Он еще до конца не отошел от гибернации – продолжительного сна, в который погружались все участники экспедиции, чтобы максимально нивелировать эффект старения от длительных межзвездных перелетов.
Родион был молодым парнем двадцати пяти лет, добровольцем, спортсменом и отличником учебы. Впрочем, конечно, других на борт корабля и не допускали, но Родион даже на их фоне отличался некой чрезмерной правильностью. Командир поймал себя на мысли, что никогда не видел его пьяным, даже в те дни, когда это официально разрешалось на планете Терра-два – четвертой планете Тау Кита, куда они высадились семьдесят пять абсолютных лет назад.
Командир Тихонов помнил, как Родион проводил время вместе со всеми, как хором со всеми пел песни, как потягивал из пластикового стакана вино из местных растений (грубого подобия земного винограда). Он был со всеми и одновременно не был, в такие моменты на лице его появлялось отчужденное выражение.
