Пролог. О чём молчат рейтинги
Земля. Штаб-квартира Совета. Кабинет советника по обороне.
Матео Сильва-Арети сидел в кресле, которое умело подстраивалось под его спину, но не могло подстроиться под его настроение. Перед ним на голографическом экране горел отчёт о готовности пятого флота. Всё было хорошо. Именно это бесило.
— Ты пятый час смотришь на одни и те же цифры, — сказал ИИ Логос голосом, лишённым интонаций. — Уровень кортизола повышен на 40%. Рекомендую перерыв.
— Не рекомендую, — буркнул Матео, не поднимая глаз.
— Зафиксировано. Ты проигнорировал рекомендацию. Это поведение типично для мужчин в возрасте 35 лет с нерешёнными вопросами самоидентификации.
Матео медленно поднял голову. Его изумрудные глаза с золотыми искрами смотрели прямо в сенсор камеры.
— Логос. Заткнись.
— «Заткнись» не входит в мой словарь команд. Возможно, ты имел в виду…
— Я имел в виду именно то, что сказал.
В этот момент дверь открылась без стука. Потому что тот, кто вошёл, никогда не стучал.
— О, великий воин, ты всё ещё в броне? — Элиан Вентор-Люмис возник на пороге как видение из старой голливудской мелодрамы. Белые волосы распущены, жемчужный отлив на свету, глаза голубые с той самой лёгкой дымкой, которая заставляла женщин забывать собственные имена. Он был одет в длинный кардиган из био-шёлка, под которым ничего не было, и это на Земле 2217 года считалось вполне приличным.
— Я не в броне, — ответил Матео. — Это костюм.
— Костюм, в котором можно штурмовать крепость. Ты даже на собственной кухне выглядишь как на параде.
— У меня нет кухни. Я ем в столовой Совета.
— Вот это и печально, — Элиан грациозно опустился в соседнее кресло. — У мужчины твоего уровня должна быть кухня. И женщина, которая готовит на ней завтрак. А потом сидит на этой столешнице в твоей рубашке.
— Ты описываешь романтическую фантазию для своих песен.
— Я описываю жизнь, которую ты себе запрещаешь.
Дверь снова открылась. На этот раз с грохотом, потому что Киран О’Брайен-Тарк не умел открывать двери тихо. Это было бы не в его стиле.
— Мужики! — рявкнул он, вваливаясь в кабинет с таким видом, будто только что выиграл чемпионат. — Я достал три билета на «Антигравити-финал». Ложи, шампанское, девчонки в блёстках. Кто со мной?
— У меня доклад, — сказал Матео.
— У меня концерт, — сказал Элиан.
— У вас обоих клинический склероз, — парировал Киран, плюхаясь на диван. — Доклад можно сдать дрону. Концерт можно перенести. А финал — раз в году. И потом, я уже позвал… одну.
Элиан приподнял бровь:
— Одну?
— Ну, может, двух.
— Одновременно?
— Я ещё не решил.
