I
Худшие ожидания подтверждались. В связи с тем, что у преступного синдиката были изъяты тонны золота, – оно отправилось в фонд российской казны, – стоявшая за ним незримая сила произвела ряд преступных провокаций на местном уровне: произошли убийства и грабежи, а также нападение на местную администрацию и милицию в зонах добычи драгоценного металла – в городских поселениях, селах, деревнях и тех хуторах, где старатели намывали золото старым как мир способом, промывая пески в речушках и ложках, доставляя или проводя туда воду, где ее не хватало, обычными лотками, тазами и современными легкими сковородками.
Вскоре выяснилось, что ответственность за совершенные преступления взяла на себя группировка «Князья и смерды», куда входили заключенные всех тюрем и следственных изоляторов городских поселений Сибирской крепости и Смерш-Дзержинска. Организаторами преступных акций могли быть как отбывавшие свои «отсидки» осужденные, так и вышедшие на свободу, очистив свою совесть перед государством и народом жертвой этой «отсидки» граждане. Случаев побега не было, но время от времени бригады заключенных из тюремных зон выезжали на «полевые» работы. Кроме того, в «Князьях и смердах» могли быть те, кто обслуживал тюрьмы и сизо, а также и сами служащие и охранники всех этих учреждений исполнения наказаний и ведения уголовных дел. Вслед за громкими и мало кого взволновавшими убийствами, грабежами и изнасилованиями были убиты в тюремных зонах до двух десятков заключенных. Несколько тяжело раненных сначала лежали в тюремных госпиталях, потом их перевели в городские больницы под надзор полиции.
Одновременно с этими событиями в отдельных районах Присибирья были убиты приезжие гастарбайтеры: работали они за нищенскую зарплату, и, следовательно, эта акция стала продолжением предыдущих. Какой контингент граждан был на очереди, можно было только гадать. Было ясно лишь одно: в преступном синдикате, из кого бы он ни состоял, всем управляют очень жестокие и ненавидящие порядки в России люди, а исполняют вынесенные приговоры не знающие пощады кровожадные звери. Некоторые эпизоды преступлений не находили иного объяснения, чем то, что называется «волчий аппетит»: когда зверь, забравшийся в отару овец, режет их в том количестве, какое попадает в зону его лютого взора и зубастой пасти.
В любой момент акции устрашения вышедших из тюрем и окружающей их социальной инфраструктуры могли приобрести размах, как и дальше вширь, в другие районы, так и вверх по вертикали. Это означало бы вызов не только местным властям, но уже и всей России, правительству, президентскому корпусу и законодательным органам страны.
