– Приготовиться к снижению тяги маршевых двигателей!
Четко скомандовал высокий, широкоплечий офицер в форме Солнечной гвардии, наблюдая за экраном телесканера, на котором Западное полушарие Земли становилось все крупнее и крупнее.
– Есть, капитан Стронг! – отозвался симпатичный кудрявый космический кадет. Он повернулся к корабельному интеркому и быстро бросил в микрофон: – Командный мостик – реакторному отсеку. Ответьте!
– Реакторный отсек на связи, – грохнул из динамика зычный бас.
– Готовь дюзы, Астро! Мы идем на посадку.
– Всегда готов!
Офицер Солнечной гвардии отвернулся от телесканера и бросил быстрый взгляд на светящиеся ряды индикаторов на панели управления.
– Орбита до Космической академии чиста? – спросил он кадета. – Нам выделили посадочную площадку?
– Сейчас узнаю, сэр, – ответил кадет, снова поворачиваясь к интеркому. – Командный мостик – локаторной палубе. Ответьте!
– Локаторная на связи, – лениво протянул голос из динамика.
– Добро на посадку получили, Роджер?
– По курсу все чисто как стеклышко, Том, – последовал спокойный ответ. – Мы легли на орбиту и садимся на седьмую площадку. А потом, – голос зазвучал веселее, с нескрываемым воодушевлением, – три недели увольнительной!
Рокочущий бас кадета из реакторного отсека внезапно ворвался в эфир интеркома:
– Хватит травить ракетную гарь, Мэннинг. Лучше проследи, чтобы наша космическая посудина приземлилась целой и невредимой. Вот тогда и будешь мечтать об отпуске!
– Заткни дюзы, ты, огромный венерианский питекантроп, – последовал ответ, – или я выверну тебя наизнанку!
– Да неужели? Ты и какой-нибудь космический флот?
– Только я, приятель, голыми руками!
Офицер Солнечной гвардии на командном мостике улыбнулся молодому кадету, сидевшему рядом, пока из динамика над их головами неслась эта добродушная перепалка.
– Похоже, эти двое никогда не перестанут грызться, Корбетт, – сухо прокомментировал он.
– Наверное, их уже не исправить, сэр, – вздохнул кадет.
– Ничего страшного. Вот когда они перестанут грызться, тогда я и начну волноваться, – ответил офицер. Он повернулся обратно к пультам. – Сто тысяч футов до поверхности Земли! Начать процедуру посадки!
Пока кадет Том Корбетт отрывисто отдавал приказы по интеркому, а члены его экипажа отвечали слаженными, скоординированными действиями, гигантский ракетный крейсер "Полярис" медленно пронзал атмосферу Земли. Сначала он задрал нос, чтобы погасить скорость, а затем начал опускаться хвостом вперед к месту назначения – космопорту Космической академии США.
Далеко внизу, на территории Академии, кадеты, одетые в зеленую форму первокурсников-"сухопутных червей" и синюю форму старшекурсников, замерли, заслышав в вышине рев тормозных дюз. Они с завистью смотрели в небо, наблюдая за тем, как стройный стальной корпус космического корабля снижается к бетонным посадочным площадкам космопорта в трех милях от них.