Ночь в офисе тянулась, словно резиновая лента, натянутая до последнего хруста, и Артём чувствовал, как эта лента вот-вот лопнет где-то между висками. Мониторы вокруг мигали логотипами клиентов, просьбами, дедлайнами, а в горле стоял вкус холодного кофе, который давно стал частью его крови. Каблук кресла тихо скрипнул, когда он попытался выпрямиться, но тело будто приросло к клавиатуре, к таблицам, к макетам, к жизни, на которую он подписался без права отписки.
«Только добью этот блок…» — мелькнула мысль, и он наклонился ниже, чувствуя, как грудная клетка сжимается стальной петлёй. Ничего необычного, просто очередная ночь рекламщика, который верил, что можно выжать из себя ещё каплю. Ещё одну. И ещё.
Серверная за стеной вздохнула горячим шумом, воздух над головой дрогнул от вибрации кондиционера, цифры на экране поплыли, и Артём моргнул, пытаясь сфокусироваться. Но в этот миг сердце ударило неправильно — как будто кто-то шлёпнул по нему ладонью, заставив сбиться с ритма. Он вдохнул, но воздух не наполнил лёгкие. Шея обмякла, пальцы над клавиатурой дрогнули.
«Стоп… что?» — мысль была рваной, как рекламный ролик, который вырезали без монтажа. Ещё один неправильный удар сердца — и тишина в груди. Глухая. Странная. Чужая.
Он попытался подняться, но тело стало ватным. Стул качнулся назад, монитор расплылся в белое пятно, шум серверов растянулся в длинный гудящий тоннель. Артём видел собственные руки — пальцы, с которых будто соскальзывала невидимая пленка, и эта плёнка стекала по клавише Enter.
«Я что, умираю? Нет. Сейчас… сейчас отлежусь…»
Он не отлежался.
Резкий укол в груди, как если бы кто-то вонзил туда острую рекламную стойку, распороть, вытянуть нерв. Свет монитора выжег глаза, и вдруг — всё разом погасло. Офис исчез. Шум исчез. Его тело исчезло.
На миг он висел в пустоте, не чувствуя кожи, веса, дыхания. Лишь мысль: «Тридцать не успел. Даже отдых выбрать не успел…»
Пустоту разорвало.
Ослепительная вспышка цвета, которого он не знал — смесь неона, золота, вирусной пиксельной дымки. Буквы, слова, логотипы, слоганы — тысячи — закружились вокруг в гигантской спирали. Они были живыми, вибрирующими, пульсирующими, словно рекламный шторм.
— **Инициация переноса…** — раздалось не голосом, а чувством.
«Куда?..» — хотел спросить Артём, но его мысль растворилась в цифровом вихре.
Мир собрался из рекламы. Буквально. Линии неона сложились в улицы. Флуоресцентные баннеры — в небоскрёбы. Пульсирующие кнопки «КУПИТЬ» — в окна. Казалось, что сама реальность построена из промо-материалов, и всё дышало маркетинговым светом.
