Слой первый
Тамара окончила Московский политех — факультет информационно-аналитических систем, специализация «эргономика и безопасность пользовательских интерфейсов». Диплом с отличием, практика в центре сертификации бытовой электроники. Но по профессии в какую-нибудь компанию в офис она не пошла работать, как она выразилась, — там скучно.
Живой ум и любознательность, а также знакомый Валера‑гик подсказали: есть новый фронтир. Умный дом, умная техника, умные вещи, которые теперь окружают человека плотнее, чем воздух. И все они требуют контроля.
Валера пишет программы для таких устройств: алгоритмы укладки, режимы сушки, интеллектуальные расчёски, ножи, подстраивающиеся под руку. Он просто живёт в коде, собирает прошивки, как конструктор, и свято верит, что любую задачу можно решить правильной логикой.
Они с Тамарой не живут вместе, но очень часто проводят время вдвоем. Её квартира — полигон. Ванная заставлена тестовыми образцами, кухня гудит от прототипов, на полках — коробки с маркировкой «Экспериментальный образец. Не для продажи».
Тамара не разрабатывает. Она проверяет. С неё спрос другой: безопасность, комфорт, актуальность и «прочее» — пункт, который стал её специализацией. Она замечала проблемные места и не стыковки в образцах раньше других, она была хорошим тестировщиком.
Раньше бытовая техника была обычной. Утюг грел, нож резал, расчёска расчёсывала. Производитель выпускал, магазин продавал, человек пользовался. Если что‑то ломалось — чинили или выбрасывали. Никто не ждал, что миксер начнёт диктовать рецепты голосом давно умершей бабушки, а бритва откажется включаться, пока в неё не зальёшь антибактериальное средство.
Переход случился, когда вещи стали умными. Сначала — фитнес‑браслеты и кофемашины с приложениями. Потом — зубные щётки, следящие за давлением. Потом — расчёски, которые сами наносят кондиционер, запоминают структуру волос и подстригают кончики. Голосовое управление, нейросети на борту, адаптивные алгоритмы. Вещи перестали быть просто вещами. Они начали наблюдать, анализировать, предугадывать.
Но однажды случился инцидент с ножом.
Модель «Шеф нож‑интеллект 2.0» позиционировалась как кухонный ассистент: распознаёт продукты, подстраивает лезвие под несколько режимов резки. Владелец — повар одного московского ресторана — готовил ужин. Задал голосом режим «Лапша — тонкая шинковка». Нож включился, откалибровался. А потом произошёл сбой. Как всё произошло — не ясно, свидетелей не было, записей с камер тоже, умная колонка записала только крик, звук падения и глухое, ровное жужжание лезвия, которое продолжалось ещё сорок минут.
