Глава 1. Маяк на запястье
Часы Ян купил из-за картинки: циферблат — ночное море, посередине маяк, его луч вместо минутной стрелки, а по краю, отмечая время, плыл крошечный кораблик. Оптическая иллюзия, никакого свечения. Просто красивая игрушка. Но когда он надел их на запястье, ему показалось, что металл нагрелся — или это его собственная кожа похолодела? Ян не придал значения. Подумаешь, фантомное тепло.
Первая странность случилась через неделю. Он сидел на кухне, пил кофе и любовался часами. Вдруг луч маяка замер, потом дёрнулся и удлинился, выйдя за пределы циферблата. Он указывал на угол комнаты — как палец, который водил по карте невидимого мира.
Там, где сходились стены, возникла трещина. Но не в обоях, а в самом пространстве. Словно кто-то стёр кусочек реальности ластиком. Из трещины потянуло холодом, похожим на сквозняк из неплотно закрытой форточки. Он даже уловил странный запах — сырой земли и грозового озона, как после дождя. Ян испуганно моргнул, и трещина исчезла. Он подошёл, осторожно потрогал стену. Обычная. Только под пальцами ощущалось едва уловимое гудение, как от провода под напряжением. Или почудилось.
— Вот это меня торкнуло! Должно быть, стресс, — сказал он вслух. Но голос прозвучал неубедительно.
Через пару дней всё повторилось. Луч снова замер и вышел за границы циферблата. Теперь он смотрел не на стену, а в окно. Ян проследил за направлением. Старый дуб во дворе, куда он указывал, выглядел иначе. Одна ветка вытянулась неестественно прямо, как линейка, и лишилась листьев. На этой голой ветке сидел ворон и смотрел прямо на его окно. И на луч.
Казалось, прошла вечность. На самом деле — несколько секунд. Ворон гортанно каркнул, а затем улетел. Ян вышел на улицу, подошёл к дубу. Ветка, которую он видел из окна, исчезла. Как не бывало.
— Ладно, — пробормотал он. — Может, пора к психиатру? Но сначала — кофе.
Спустя несколько дней Ян проснулся ночью от того, что в комнате было слишком тихо. Даже холодильник не гудел. Он взглянул на часы: кораблик стоял на трёх часах, а луч снова играл в указку.
Стена напротив стала прозрачной. Не сразу — будто кто-то убавлял реальность слой за слоем, как регулируют яркость экрана. За стеной оказалась комната: тяжёлые бордовые портьеры, старомодная мебель, большая люстра с хрустальными подвесками. Её тусклый свет мигал в ритме его собственного сердцебиения. В кресле сидела фигура в длинном плаще. Она не шевелилась.
Ян замер. Сердце колотилось где-то в горле. Свет за стеной мигал всё чаще.
Потом — тишина.
Видение исчезло. Стена вернулась в нормальное состояние, только обои слегка шуршали, словно по ним провели пальцем. Ян коснулся их дрожащей рукой. Снова гудение — тише, чем в прошлый раз, но отчётливее. А в комнате повис запах: старые книги, пыль и немного ванили.
