ПРОЛОГ. В котором главный герой просыпается, а мир его не помнит
Черный мраморный саркофаг раскололся с таким звуком, будто кто-то откупоривал двухтысячелетнее шампанское. Азазель, Темный Властелин, Повелитель Трех Морей и Верховный Архимаг Хаоса, открыл глаза. Первое, что он увидел, — пыль. Много пыли. Она висела в воздухе густыми клубами, словно сама Смерть решила накурить в его усыпальнице.
Второе — свет. Мерзкий, белый, беспощадный свет, который лился откуда-то сверху. За пятьсот лет заточения он отвык от света. Его тренированные глаза, привыкшие различать оттенки тьмы, сейчас слезились и норовили вытечь обратно в череп.
— Чтоб тебя… — прохрипел Азазель и закашлялся.
Голос звучал как скрежет камня о камень. Пятьсот лет без практики — это вам не шутки.
Он приподнялся на локтях и осмотрелся. Саркофаг был разрушен. Но не от времени — он был взломан изнутри. Азазель помнил это усилие. Последнее, что он сделал перед тем, как его заточили — вложил частицу своей души в заклинание пробуждения. Оно должно было сработать через пять веков, когда печать ослабеет.
Что ж, оно сработало. Но что-то было не так. Вместо величественного чертога с факелами и черепами он лежал в каком-то… подвале. Вокруг валялись битые кирпичи, гнилые доски и — что вызвало у Властелина искреннее недоумение — пластиковая бутылка с надписью «Coca-Cola».
— Что за ересь? — Азазель взял бутылку, повертел в руках. — Стекло не бьется… Жидкость черная, пахнет сладким. Зелье? Или…
Он понюхал. Пахло карамелью и сахаром. Отвратительно.
— Колдовство низшего порядка, — вынес вердикт Повелитель и отбросил бутылку в угол.
Он встал. Ноги слушались плохо. Мышцы атрофировались. Его величественный черный балахон, расшитый золотыми рунами, превратился в грязные тряпки. Корона с рубином «Кровь Миров» куда-то пропала.
— Ничего, — процедил он, опираясь о стену. — Сила вернется. Скоро я снова буду…
Договорить он не успел. Сверху раздался звук. Странный, ритмичный, механический. Что-то вроде… музыки? Но какой-то убогой, без душ, без скрипок.
Будущее. Пятьсот лет — это много. Мир изменился. Азазель улыбнулся. Он любил изменения. Особенно если ими можно управлять.
Он медленно побрел вверх по каменной лестнице, туда, где виднелся свет. Лестница вывела его в большой зал.
Когда-то здесь был главный вход в его цитадель — «Врата Вечной Ночи». Десять метров черного мрамора, украшенные барельефами павших героев и статуями крылатых демонов. Сейчас…
Сейчас здесь был торговый центр. Азазель замер на пороге, хлопая глазами. Потолки — стеклянные. Вместо факелов — какие-то светящиеся трубки. Пол — разноцветная плитка. Вокруг — десятки людей (людей!) снуют туда-сюда, таская пакеты, сумки, странные коробки.
