Тайна Аббатства Святого Иеронима.
Глава 1.
Год 1495-й выдался холодным и сырым даже для северных земель. Осень здесь наступала рано, будто солнце уставало светить этим краям и поспешно уходило за серые тучи. Дорога к Аббатству Святого Иеронима тянулась через бесконечные леса и болотистые низины, где земля под ногами чавкала так, словно не желала отпускать путников дальше. Старый тракт, выложенный еще много столетий назад крупным камнем, местами уходил под воду, и колеса повозок вязли в грязи почти по самые оси. По обе стороны дороги стояли темные ели, высокие и неподвижные, как молчаливые стражи этих земель. Их ветви нависали так низко, что порой казалось - лес пытается сомкнуться над дорогой и скрыть ее от чужих глаз.
Редкие путники старались не задерживаться здесь после заката. Возницы, встретившиеся Мишелю по дороге, крестились при упоминании аббатства и говорили вполголоса, будто лес мог их услышать. Один старик, подвозивший его часть пути, и вовсе пробормотал, что колокола Святого Иеронима иногда звонят по ночам сами, хотя колокольню всегда закрывают до рассвета. После этих слов он замолчал и больше не проронил ни слова до самого перекрестка.
Мишель де Руан сидел в повозке спокойно, закутавшись в темный дорожный плащ. Мужчина он был высокий, статный, с правильными чертами лица и аккуратно подстриженной темной бородой, в которой уже серебрились первые нити седины. Его руки, непривычно ухоженные для человека дороги, лежали поверх кожаной сумки с письменными принадлежностями и рекомендательным письмом епископа. Взгляд у Мишеля был внимательный и немного усталый - взгляд человека, который слишком много видел и слишком редко удивлялся.
К вечеру лес начал редеть, и впереди сквозь туман впервые проступили очертания аббатства.
Аббатство Святого Иеронима возвышалось над болотами, словно выросло прямо из черного камня. Высокие стены с узкими окнами казались неприступными, а башня колокольни терялась в сером небе. Влажный ветер тянул с болот запах сырости, мха и холодной воды. Внизу, у подножия холма, прятался маленький городок - несколько десятков домов с покосившимися крышами, кузница, трактир да лавка торговца свечами. Даже отсюда было видно, что жители стараются лишний раз не смотреть в сторону монастыря.
Само аббатство не производило впечатления святого места. В нем не было света и величия, которыми любили хвастаться южные монастыри. Оно казалось суровым, молчаливым и слишком старым. Камень стен почернел от времени и дождей, а статуи святых над воротами почти стерлись, словно ветер и годы постепенно стирали их лица.
