— По сухой, — сказал Клим.
Ася остановилась. Капюшон её жёлтой куртки всё ещё был натянут по самые брови, хотя ночной дождь закончился часа три назад, оставив после себя только тяжёлое, серое небо. Воздух на Средних уступах стоял холодный и плотный. Из окна кухни казалось, что на улице обычное весеннее утро, но здесь, на ветру, в лицо сразу ударило промозглой сыростью. Пахло мокрым шифером, намокшим песком и выхлопными газами — во дворах уже прогревали машины.
Где-то выше, на невидимых отсюда ярусах, хлопнула тяжёлая подъездная дверь. Звук прокатился по бетонному колодцу Котловины и стих внизу, у рынка.
— Мы опоздаем, — Ася дёрнула лямку рюкзака, недовольно глядя на брата. — По нижней в два раза быстрее.
— На нижней перила ходят.
— Они всегда ходят.
— Сегодня сильнее.
Клим не читал ей лекций про безопасность. Он не пытался звучать как взрослый. Он просто стоял на краю асфальтированной площадки и смотрел вниз, на короткий бетонный пролёт, соединяющий их двор со школьным маршрутом.
Нижняя лестница была крутой и неудобной. Вода здесь скапливалась на неровных ступенях, делая старую каменную крошку скользкой, как мыло. С жестяных козырьков над подвалами всё ещё тяжело падали капли, разбиваясь о ржавую решётку ливнёвки.
Клим смотрел на левую металлическую опору перил. Она была вмурована в край подпорной стены. Ещё вчера труба стояла прямо, но за ночь, после затяжного ливня, её основание заметно накренилось наружу. Между ржавым металлом и бетоном образовалась тёмная щель, из которой вымыло весь мелкий мусор. Казалось, опора держится только за счёт соседних пролётов.
— Пошли, — Клим взял сестру за край рукава и потянул вправо, к обходному пути.
Сухая лестница была шире, с новыми перилами, но делала большой крюк мимо гаражей. Ася надулась, шумно выдохнула облачко пара и неохотно сделала шаг за братом.
Они успели пройти по мокрому асфальту метров десять, когда сзади раздался быстрый, шаркающий топот.
Клим обернулся. Из соседнего двора выскочил мальчик лет десяти. Он был в расстёгнутой куртке, а на спине у него болтался огромный, явно перегруженный рюкзак, который тянул его назад. Мальчик явно проспал и теперь пытался нагнать время. Не сбавляя скорости, он выбежал на влажную площадку перед нижней лестницей.
Он собирался сделать то, что дети Котловины делали постоянно: схватиться рукой за перило, перенести вес и проскочить мокрый пролёт, перепрыгивая через ступеньку. Мальчик вытянул руку к той самой покосившейся опоре и уже занёс ногу над краем.
