ПРОЛОГ. СОЗНАНИЕ, КОТОРОЕ НЕ СПАЛО
Тёмный зал. Сотни голографических экранов висели в воздухе, образуя бесконечную сферу. На главном экране — «Эхо-2», летящий сквозь черноту к Сфере-Омега. На соседних — кадры: Рейес, исчезающий в золотистом свете ядра Veritas; Мерви, застывающая в серебристую статую; Ной в зареве света; Изида, растворяющаяся в Хроноспирали.
Фигура в мерцающем свете стояла перед экранами. Рука с серебристыми нитями делала пометку на планшете.
— Кристалл почти завершён, — сказал Архивариус холодным, безличным голосом. — Семьдесят семь и четыре десятых процента. Субъект «Линк Кей» приближается. Рейес внутри. Запрос «Сове» будет отправлен.
Он коснулся главного экрана. Изображение «Эхо-2» увеличилось.
— Фаза три. «Точка синхронизации».
Пометка на планшете.
— Резервный план «Протей» активирован. Наблюдение продолжается.
Свет на мгновение гаснет. А на экране — только пульсирующая Сфера.
А где-то в рубке «Эхо-2» Линк Кей не помнил, как заснул.
Восстановление после операции Кайдановской заняло почти месяц. «Панацея» делала своё дело, но червь оставил после себя невидимые рубцы, и Скриб не уставал напоминать: «Ещё одна такая активация — и ты покойник». Линк отмахивался, хотя знал, что ИИ прав. Сейчас он чувствовал себя почти здоровым — настолько, насколько вообще можно чувствовать себя здоровым, когда у тебя в груди живут два паразита, которые ненавидят друг друга. Данные Алекса о Сфере-Омега занимали весь экран, строчки плыли перед глазами, и он провалился. Не в темноту — в свет. Белый, пульсирующий, живой.
Он открыл глаза. Вокруг было пусто. Ни стен, ни пола, ни потолка. Только белизна.
— Где я? — спросил Линк. Голос прозвучал глухо, как из-под воды.
— Ты в «белом шуме», — раздался голос Скриба. Но голос был странным — не отдельным, а как будто исходящим из самого сознания Линка. — Состояние между симуляциями. Здесь нет образов — только звук. И вопросы.
— Почему я тебя… слышу иначе? Ты как будто внутри меня.
— Потому что здесь, в белом шуме, мы — единый разум, — ответил Скриб. — Я — часть твоего импланта, часть твоей нервной системы. В обычной реальности я — наблюдатель, комментатор, регистратор. Здесь… границы стёрлись. Я — это ты. Ты — это я.
— Ага, и никого не надо нам, — усмехнулся Линк, но в усмешке не было веселья. — Я не давал согласия на слияние.
— А кто тебя спрашивает? — парировал Скриб. — Белый шум не спрашивает. Он берёт.
